удивлен, что ты появился. Я знал, что эта девушка видела меня, и если бы она сказала тебе, ты бы, вероятно, выследил меня по моей машине. И, конечно, ты бы захотел поговорить со мной. Я мог быть последним человеком, который видел Джека до того, как он... я ?
«Пока что это так, мэм».
«Ну, это ужасно. Отвратительно и ужасно».
Ни один из детективов не произнес ни слова.
Кэти Поулсон сказала: «Девушка сказала тебе, что мы с Джеком не уехали вместе? Что я уехала, а он остался?»
«Нет, мэм», — ответил Ламар.
«Ну, вот что произошло. Так что очевидно, что я не твой виновник».
Улыбаясь и стремясь к легкомыслию, он одной рукой царапал колено, обтянутое белыми брюками.
Бейкер спросил: «Зачем вы пошли в T House, чтобы поговорить с мистером Джеффрисом?»
«Он выбрал его, сказал, что это в стороне от проторенных дорог... как он был прав. Я знала, что это свалка, но Джек мог быть настойчивым». Она покачала головой. «Первоначальный план был для меня, чтобы я была там раньше. Я задержалась и не успела до закрытия. Джек понял. Он мог быть довольно... приятным. Когда он хотел».
«Похоже, вы двое давно знакомы».
Кэти Поулсон улыбнулась, откинулась на спинку кресла и откинула темные волосы с лица.
Свет из глубины комнаты отражался от ее платинового кольца.
«Полагаю, можно и так сказать».
«Не будете ли вы так любезны просветить нас?» — сказал Ламар.
«О моих отношениях с Джеком?»
«Да, мэм».
«Это действительно необходимо? Поскольку я не ваш виновник».
«Чем больше у нас информации, тем легче нам работать, мэм».
«Поверьте мне», — сказала Кэти Поулсон, «я не смогу облегчить вам работу, потому что все, что я могу вам сказать, это то, что мы с Джеком немного поговорили, а затем я ушла». Наманикюренная рука положила ей на левую грудь. «Пожалуйста, ребята, учитывая все, что я пережила за последний год, я действительно не могу выдержать еще один стресс».
Переходя от «джентльменов» к «парням». Этот разделил все очарование.
Ламар задался вопросом, как много она репетировала, и знал, что Бейкер думает о том же.
Бейкер заговорил своим приятным голосом и наклонился вперед. «Мы не собираемся вызывать у вас стресс, мэм. Но нам нужно собрать данные».
Она уставилась на него, словно увидела впервые. Перевела взгляд обратно на Ламара. «Баскетбол в колледже?»
«Нет, мэм».
«Извините, это было неуместно. Просто мой сын увлекается спортом — баскетболом, футболом, бейсболом, как хотите. Он только что поступил в колледж. Я здесь совсем один. Чувствую себя очень одиноким».
«Вандербильт?»
«О, нет», — сказала она с некоторым жаром. «Вандербильт был бы великолепен, он мог бы остаться в комнате общежития, он знает, что я никогда не буду вмешиваться, но у него все равно была бы возможность приезжать домой на выходные, чтобы выгрузить белье, может быть, сказать мне несколько «Привет, мамочки». Нет, Тристан учится в Брауне в Род-Айленде. Самый маленький штат в союзе, и там он выбирает».
«Должно быть, это хорошая школа», — сказал Ламар. «Лига плюща, да?»
«Верно, и что с того? Мой муж учился в Чико Стейт Колледж, и он был самым успешным человеком, которого я когда-либо встречала. Конечно, Тристан отличный студент, его SAT были потрясающими, и все его университетские письма были впечатляющими. Его консультант по вопросам образования сказал, что он был материалом для Лиги Плюща с нуля. Но Вандербильт так же хорош. Теперь его здесь никогда нет. Никогда » .
Она повысила громкость, так что к последнему слову это было похоже на то, что она слышит чей-то чужой голос — пронзительный, сердитый. Более глубокий румянец охватил ее лицо, и морщины начали проявляться по краям ее макияжа, как линии разлома.
Одно из этих расстройств настроения? Ламар задумался. Или она пытается расскажите нам что-нибудь? Потому что этот ставит все как режиссер. От то, как она сажает деревья и расставляет дорогую мебель, чтобы нам лимонад, которого мы не просим.
Сохраняя контроль.
Но если и было сообщение, выходящее за рамки того, что она скучала по своему ребенку, он его не уловил. И для новоиспеченной вдовы, он предположил, что это нормальная реакция.
И все же, в ней было что-то особенное... Он сказал: «Должно быть, ей тяжело одной жить в большом доме».
«Одной тяжело быть везде», — сказала Кэти Поулсон.
Бейкер улыбнулся. «Могу ли я воспользоваться вашим туалетом, мэм?»
***
Он взглянул на каминную полку, уходя, и отсутствовал некоторое время. Ламар отвлекся, прокомментировав картины Кэти Поулсон. Она ухватилась за возможность провести его по комнате, объявляя названия и художников и описывая, как, где и когда ее покойный муж приобрел каждую картину. Когда они подошли к каминной полке, он увидел в основном ее фотографии с символическим кивком в сторону нескольких снимков с мужем. Ничего о ребенке.
Бейкер вернулся, глядя на него во все глаза и готовый что-то сказать.
Кэти Поулсон пришла первой, сказав: «Хорошо, я буду открыта и расскажу вам все. Если вы пообещаете, что сделаете все возможное, чтобы не нарушать мою конфиденциальность».