Он вновь прижал ее пальцы к своему запястью, и младшая Лоу тихо выдохнула, ощутив, как в ее усталое, измученное тело осторожно вливается его колдовская сила. Она боялась, что отреагирует на это так же, как тогда, на дороге. Но нет. Магия лишь убаюкивала, убирала головную боль, расслабляла судорожно сведенные мышцы и наполняла сознание уверенностью в завтрашнем дне.
— Засыпай, утром тебя будет ждать сюрприз,— пообещал генерал.
Араминта хотела сказать, что Хардвин ошибается. Что уснуть у нее не получится. Не после того, как она узнала в генерале того погибшего воина. Не после того, как у них появилось столько тем для обсуждения. Вот только…
Вот только у организма и выданных Ликкином пилюль было совершенно иное мнение.
Сон сморил младшую Лоу. И там, в царстве фантазий, она гуляла с Хардвином по Экри. Показывала ему свой Павильон Трав и обещала заварить самый коварный чай на свете.
А еще... Еще она жадно принюхивалась, пытаясь понять, откуда же так сладко и нежно пахнет лесными фиалками. Этот едва уловимый аромат напоминал о ранней весне в Экри и сочетал в себе все лучшее, что было в жизни младшей Лоу. Вот только... Сейчас ведь не весна, верно? И вряд ли в столице есть лесная опушка, на которой можно набрать букет-другой лесных цветов.
Обернувшись, младшая Лоу не увидела Хардвина, а через секунду сон улетучился.
Вот только аромат остался.
Гибко потянувшись, Араминта медленно открыла глаза. Потолок был прекрасно знаком — матовый, белый и безупречный. Скосив взгляд налево, она с долей умиления отметила, что обе служанки сторожат ее сон.
— Ты проснулась.
Резко повернувшись направо, она с чистым изумлением уставилась на Хардвина. Под его ясными, серебряными глазами залегли тени.
— Ты спал? — спросила она.
— Пару часов,— он смотрел на нее так жадно, будто... Будто соскучился. — Ты проспала почти трое суток, Ами. Ликкин запретил тебя переносить.
Голос Хардвина дрогнул и он на мгновение замолчал. Этого времени хватило, чтобы заговорила Мелла:
— Великий Ликкин сказал, что все зависит только от вас, леди. Будете вы бороться или нет.
Шмыгнув носом, служанка стерла слезы с лица и поднялась на ноги:
— Принесу завтрак. Вы ведь одни зелья все это время глотали, живот, наверное, ссохся совсем!
Мелла вышла, а младшая Лоу лишь беспомощно посмотрела на Хардвина:
— Я просто спала. Не мучилась и не боролась. Мне снилось, что мы с тобой гуляем по Экри. Там, в грезах, я показывала тебе свой Павильон Трав. Нам... Нам было хорошо.
— И нам будет хорошо,— твердо пообещал генерал. — Я сообщил Его Императорскому Величеству о том, что ты моя невеста. И о том, что я забираю дело о про́клятой шкатулке под свой контроль.
— И никто не возразил? — с надеждой спросила Араминта.
— Увы, наш враг не так глуп. Мне пообещали всестороннюю помощь и поддержку,— он криво усмехнулся. — Ты не хочешь знать, с каким лицом старшая наложница меня поздравляла.
Но тут он был неправ, младшая Лоу очень хотела это знать. У нее, у Араминты, было много вопросов.
Вот только в этот момент в спальню вошла Делла и мягко попросила генерала выйти.
— Мелла накрывает на стол, а я помогу леди привести себя в порядок.
Краска бросилась Араминте в лицо. Она проспала три дня, ее лицо и волосы наверняка в беспорядке, а еще… О Небеса, кто же следил за ее телом?!
— Делла,— позвала Араминта севшим голосом,— Делла, а как… Как…
— Все в порядке,— служанка хитро улыбнулась,— мы с Меллой умеем и не такое. Чистота вашего тела и одежды была полностью на нас.
От сердца немного отлегло.
— К тому же,— добавила служанка,— мы спасали вас лишь от запаха пота и крови. Вы ведь и правда питались лишь зельями, организму было нечего перерабатывать.
Решительно поднявшись с постели, Араминта не менее решительно рухнула на Деллу:
— Да, кажется, теперь я и правда понимаю, что пролежала три дня.
— Мы делали вам массаж и кололи ступни иглами,— с гордостью проговорила Делла. – Чтобы вы не утратили мышцы. Аккуратнее, помнете букетик. Генерал разорил магическую оранжерею ради вас!
Бросив взгляд под ноги, младшая Лоу с удивлением увидела лесные фиалки.
— Они лежали у вас на подушке. Старший лорд каждый день приносил новый, потому что цветы быстро вяли,— пояснила Делла. – Нет-нет, не наклоняйтесь, я сама подниму! Все, теперь не растопчем. Пойдемте.
После быстрого душа Араминта с наслаждением надела свежее платье и, приколов к лифу букетик, вышла в гостиную. Удивительно, но о произошедшем напоминал лишь легкий магический флер – пострадавший интерьер явно восстанавливали с помощью колдовства.
— Все вареное и печеное,— провозгласила Мелла. – И сухарики из белой булки.
— А еще пилюли,— из спальни выглянула Делла,— вот эти, синие, перед едой, а вот эти, зеленые, после.
Араминта поблагодарила сестер, а после повернулась к генералу. Подняв руку, она коснулась лепестков фиалки:
— Как ты узнал, что… Что они много для меня значат?
— Ты сама мне сказала,— он криво улыбнулся,— там, на Перевале. У тебя был браслет, помнишь?
Нахмурившись, младшая Лоу кивнула:
— Да. Да, он порвался и…
Хардвин сунул руку в карман и вытащил из него небольшой мешочек: