— А если я не захочу его отдавать? – спросила она, разрываясь на части.
— Тогда я не смогу его снять,— серьезно сказал он. – Это и будет твоим ответом.
Подхватив опустевшую чашку из-под ихлата, Араминта покрутила ее в пальцах, а после, не позволяя себе лишних раздумий, четко проговорила:
— Я тебе доверяю. Помнишь? Ничего не изменилось. Я тебе доверяю.
— Ами...
— Это сложно,— она все так же не поднимала на него глаз. — Чувства, которые теперь живут внутри меня и мои прежние планы и мечты — все это очень сложно сочетается.
— Мы не обязаны торопиться,— уверенно проговорил Хардвин. — Я всего лишь хочу, чтобы ты знала — мое кольцо на твоем пальце — это серьезно. Никто, кроме меня, не сможет его снять.
— Никто, кроме тебя,— эхом откликнулась Араминта.
— Но я не захочу, если ты не захочешь,— он пытался поймать ее взгляд. — Ты свободна, понимаешь? Никакого принуждения. Я бы хотел сделать все иначе. Ухаживать за тобой, дарить цветы и приглашать... Небеса, я ведь даже не знаю, куда можно пригласить благородную леди.
— А ты подумай обо мне, а не о благородной леди,— тихо рассмеялась младшая Лоу.
И Хардвин легко ответил:
— Тебя бы я позвал в лес, полюбоваться водопадами и собирать семена трискойи. Или вывел на теневую тропу, чтобы пострелять химер. Или...
— Видишь, ты точно знаешь, чего бы я хотела,— тихо сказала она. — Знаешь, я бы взяла с собой корзинку с жареными пирожками и кувшин с теплым морсом. И, обязательно, малую походную аптечку.
— Готов поспорить, что у тебя при себе был бы еще и набор инструментов для сбора трав,— хмыкнул Хардвин.
— Да,— она кивнула. — Серебряные ножнички всегда при мне.
— А после мы могли бы засесть в старой чайной, что стоит на берегу Аренхель,— с улыбкой сказал генерал.
Араминта отпустила злосчастную чашку, посмотрела ему в глаза и улыбнулась:
— Говорят, что воды Аренхель способны унести с собой любую печаль.
— Я бы сказал, что в темных и глубоких водах можно утопить любого, кто приносит печаль,— усмехнулся Хардвин. — Но твой вариант куда поэтичнее.
Переглянувшись, они оба рассмеялись в голос. А еще через минуту Араминта с удовлетворением отметила, что тяжелое, гнетущее чувству ушло. Она больше не чувствовала себя зверем, попавшим в западню.
— Ты нашел тех, кто подсунул мне шкатулку? — спросила младшая Лоу, когда тишина перестала быть уютной.
— В одном из колодцев были обнаружены трупы слуг, работавших здесь, в этом дворце,— Хардвин откинулся на спинку кресла. — Остаточная магия, которую удалось вытащить из костей, совпадает с отпечатками с двери кладовой, в которой закрыли Меллу и Деллу. Пропало двое стражников, один из которых имел небольшие трудности с вином, а вот второй был идеальным служакой. Еще кто-то вытоптал ценные сортовые розы, но это, я думаю, не имеет к делу отношения.
— Иными словами, главный кукловод перерезал все нити,— вздохнула Араминта.
— И тем самым выдал себя,— уверенно проговорил Хардвин. — Вопрос только в том, что он пытался сказать этим покушением.
— О чем ты?
Генерал подался вперед, умостил локти на столе и негромко, но четко сказал:
— Это один и тот же человек. Тот, кто уничтожил Церау-Эттри и тот, кто сейчас пытается поднять мятеж.
— И там, и там он использовал древние артефакты, нацеплявшие проклятья,— кивнула младшая Лоу. — Но ты не думаешь, что это может быть совпадением?
Хардвин покачал головой:
— Слишком много совпадений, Ами. К тому же это не так-то просто, знаешь ли, добыть проклятый артефакт. Крепость Семи Башен не справляется с возросшим спросом на зачарованное оружие. А древние артефакты имеют неприятное свойство заканчиваться. Сейчас монахи выкупают их за такие цены, что перекупить проклятые вещи почти невозможно.
— Наш враг это кто-то очень и очень высокопоставленный, имеющий связь с Крепостью,— Араминта прикусила губу.
— Мои люди присматривают за теми, кто имеет кровное родство с монахами,— скривился Хардвин.
— А с проданными туда матерями? Или женами? — заинтересовалась Араминта.
— По возможности,— кивнул генерал. — Но это, как правило, очень и очень слабые, незнатные семьи. Хотя и они тоже были проверены. Мне пришлось пригрозить коменданту крепости, чтобы получить доступ к их архивам.
Вздохнув, младшая Лоу протянула руку и отщипнула несколько виноградин. Она бы не осмелилась произнести это вслух, но неужели у старшей наложницы действительно столько власти?
«Можно было бы заподозрить герцога Эллора Чагриса, но он и так уже одним бедром на троне», пронеслось в голове Араминты. «И если сам он еще будет иметь статус консорта, то его сын будет полноценным Императором».
Эти мысли повлекли за собой другие:
— А что происходит с беременными женщинами? Неужели за всю историю Крепости Семи Башен туда ни разу не попадали женщины на ранних сроках?
На лице генерала отразилась сложная, смешанная эмоция. Он, кажется, никогда об этом не задумывался. И вот сейчас, когда Араминта об этом заговорила, ему немного подурнело.
— Тем более что в пути с женщинами может случиться что угодно,— продолжила рассуждать младшая Лоу. — Пусть это и отвратительно, но некоторые люди жестоки.