Плакала от унижения Эрешкигаль, боялась обратиться к мрачному богу, склонившемуся над своими глиняными табличками, погружённому в свои размышления. Наконец взглянул он на неё и говорил так:
– Что привело тебя в мои владения, прекрасная царица Эрешкигаль? Зачем ты явилась ко мне? Разве не известно тебе, как люблю я покой и уединение, разве не знаешь ты, что не ищу я общества ни богов, ни людей? Или наскучили тебе любовь и восхищение всех, кто знает тебя, или разлюбила ты солнце, перед которым танцевала на рассвете, встречая его, и пела на закате, провожая его? Молчи, не отвечай, – все ответы и так мне известны, потому как нет для меня тайн ни в одном из миров, и знаю я, что нет ничего более простого, чем разбудить женское любопытство и задеть женскую гордость, и известно мне, к чему приводят подобные шутки. Вот ты лежишь передо мной в изорванной одежде и плачешь, ибо таковы правила подземного мира, и ты их на себе испытала, а теперь испытаешь главное из них: тот, кто явится ко мне по собственной воле или по принуждению, будь то человек или бог, принадлежит мне и останется в моём царстве навеки.
Вскочила на ноги Эрешкигаль, услышав эти слова, закрыла лицо руками, ещё сильней разрыдалась.
– Не хочу я оставаться здесь навеки, среди духов и демонов, что рыщут во мраке, не знающие света солнца! Ах, прошу тебя, старший мой брат, отпусти меня наверх, в мир, где все меня любят и восхищаются мною, ведь не незыблемы эти правила, и в твоей воле их нарушить! Прошу тебя, старший мой брат, не заставляй меня здесь оставаться ни мгновением дольше, не удерживай меня силой, не будь жесток и безжалостен к бедной Эрешкигаль!
Нахмурился Иркалла, горько усмехнулся:
– Что ж, если ты не хочешь остаться со мной, моя прекрасная сестра, я, так и быть, тебя отпущу, удерживать силой не стану. Но прежде, чем меня покинуть, возьми от меня в подарок золотую ручную мельницу, забери её с собой в мир, согретый лучами солнца, и запомни хорошо мой совет: не вздумай бросить в эту мельницу пряности и повернуть её украшенную драгоценными камнями ручку, кто бы тебя ни уговаривал и ни подстрекал это сделать, как бы тебе самой этого ни хотелось, иначе случится беда, и вновь обольёшься ты слезами, и снова явишься ко мне и закроешь своё лицо ладонями, не смея взглянуть мне в глаза.
Обрадовалась Эрешкигаль, мигом высохли её слёзы, принялась она благодарить своего брата, хозяина бесплодных земель, и поклялась, что никогда не бросит в мельницу пряностей, никогда не повернёт её золотой ручки. Дал ей Иркалла ручную мельницу, что была из чистого золота и сверкала всеми цветами радуги, потому как была украшена драгоценными камнями и сплошь покрыта тонким узором, а затем позвал своих слуг – духов преисподней – и приказал им доставить Эрешкигаль наверх, в мир, где царят радость и беззаботное веселье, где не знают, что такое время, печали и горести. Подхватили духи Эрешкигаль и вынесли её из подземного мира, и не терзали более, и не мучили её, и не рвали её рыжие волосы, потому как приказал им Иркалла на этот раз сдержать свою ярость и умерить свою злобу.
Вновь оказалась прекрасная Эрешкигаль среди тех, кто любил её, снова танцевала она и пела перед богами и перед людьми, и не было того, кто не отдал бы ей своё сердце, её же сердце по-прежнему принадлежало всем в равной мере. И вот однажды решила Эрешкигаль похвастаться перед своими братьями и сёстрами чудесной мельницей, что подарил ей властитель подземного мира, принесла её с собою на пир и показала всем драгоценный подарок. Дивились боги, хвалили тонкий узор, рассматривали драгоценные камни, один только Энки, мудрый хозяин бездонного океана, кривил губы в усмешке.
– Отчего, мудрый Энки, ты насмешливо кривишь губы, зачем качаешь седой головой? – спрашивала Эрешкигаль. – Или тебе кажется, что недостоин меня подарок, которым наградил меня старший брат, что уединённо живёт в преисподней? Или ты хочешь сказать, что недостаточно красива и драгоценна моя золотая мельница и глупо с моей стороны ею похваляться?
– Что толку в мельнице, которая не мелет? – отвечал мудрый Энки. – Разве это не просто кусок металла, не груда бесполезных камней? Ценность вещи лишь в том, как она выполняет своё предназначенье, а потому, прекрасная Эрешкигаль, брось в неё пригоршню пряностей, поверни её украшенную рубинами и изумрудами ручку, и тогда мы посмотрим, на что годна эта вещица, ведь, признаться, золото – металл подземного мира, а потому оно столь же бесполезно, сколь и красиво, и годно только на то, чтобы мутить разум женщин! Брось в свою мельницу пригоршню пряностей, вот мой совет, и поверни её ручку, и ты увидишь, что мельница твоя, которой ты так гордишься, ни на что не годится!