– Вопрос мой, в сущности, не так уж сложен, даже можно сказать, что он совсем прост и касается совершенной безделицы, а потому мой господин с лёгкостью на него ответит, ведь не найдётся среди смертных того, кто превзошёл бы его в мудрости и познаниях, да и среди богов, пожалуй, едва ли отыщется тот, кто превзошёл бы его в находчивости и остроумии, и даже Энки, мудрому повелителю водной бездны, едва ли под силу задать господину такой вопрос, на который он бы не дал ответа.
– Не стоит так говорить, уважаемый странник, – отвечал ему Эрра. – Твои волосы уже покрыло серебро, и негоже тебе повторять досужие сплетни и слухи, которые выдумывают те, чья молодость извиняет их горячность.
Вновь усмехнулся Энки в седую свою бороду, поклонился царю и продолжил свою речь:
– Что же, даже если и самая малая часть этих досужих сплетен и слухов верна, то мудрость твоя превосходит мудрость человеческую и мудрость божественную, а потому ты всё же без труда ответишь на мой сложный для других, но для тебя – простой и лёгкий вопрос. Вопрос же мой вот каков: скажи мне, Эрра, сколько демонов уместится в простой шкатулке, навроде тех, в каких женщины хранят свои золотые и серебряные украшения, ожерелья, браслеты и кольца?
Удивился царь Эрра такому вопросу и хотел было покачать головой да пожать плечами, как те мудрецы, которым странник задавал его ранее, но решил, что негоже так поступать и что этим он обидит старого купца, проделавшего в поисках ответа долгий и опасный путь через пустыни и степи, а потому попросил семь дней на раздумья и обещал по истечении седьмого дня дать ответ, и с тем отпустил купца, который в действительности был не кем иным, как Энки, властелином бездонного океана.
Семь дней думал Эрра над вопросом, заданным седым странником, и, чем больше он думал, тем меньше казался ему этот вопрос простой безделицей, и страх охватывал его и окутывал его, подобно одежде, когда размышлял он над тем, каким должен быть ответ, который удовлетворил бы купца, а по истечении седьмого дня призвал он гостя к себе и говорил ему:
– Весьма непростой и даже очень трудный задал ты мне вопрос, уважаемый странник, хоть на первый взгляд и кажется он как будто совсем не сложным и даже простым. Вот к чему пришёл я, размышляя над твоим вопросом в течение семи дней: в обыкновенной шкатулке, в какой женщины хранят свои золотые и серебряные украшения, ожерелья, браслеты и кольца, как бы ни была эта шкатулка мала и изящна, может уместиться демонов без счёта, потому что демоны, как известно, способны принимать любую форму и проникать в самые узкие щели, в какие не пройдёт и волос с головы ребёнка. Таким образом, ответ мой тебе будет так же прост, как и твой вопрос: во всякую шкатулку без труда войдут все, какие только есть, демоны болезней и всяческих хворей, чумы и болотной лихорадки, и все семижды семь демонов утукку, алу, этемму, галлу, илу, рабицу, ламашту, лабацу, аххазу, лилу, лилиту и асакку, и ещё войдут в неё демоны Тиу и Этимму, что уводят души в преисподнюю, и влезет в дополнение к ним одноглазая ведьма Лабарту, что переворачивает людям внутренности и мешает женщинам разрешаться от бремени; иными словами, вся нечисть, что состоит под началом тысячерукого и безглазого Намтара, вершителя судеб, с лёгкостью уместится в самой обыкновенной шкатулке.
Низко поклонился мудрый Энки, переодетый странствующим купцом, царю Эрре, и говорил ему:
– Это лучший ответ из всех, что я получал, мой господин, и не зря я проделал долгий и опасный путь через пустыни и степи, ибо ты и вправду превосходишь в своей мудрости всех смертных, да и богов, пожалуй, тоже, и едва ли даже Энки, властелину водной бездны, под силу задать тебе такой вопрос, на который ты бы не дал ответа.
Так сказал старый Энки, и многое ещё сказал он, притворно восхищаясь проницательностью и находчивостью царя Эрры, и с многочисленными поклонами распрощался с ним, и царь Эрра приглашал его вновь посетить славный Ирем, и задать ему, Эрре, другие вопросы, на которые он с радостью и готовностью отыщет в своём уме ответы, пусть это будет не просто и даже весьма трудно, а всё же Эрра готов к непростым и трудным размышлениям, лишь бы ищущие ответов остались ими довольны.
Поклонился Энки в последний раз и покинул дворец царя Эрры, сопровождаемый своим слугой Исимутом, и вышел за белые ворота славного города, и тут уж дал волю своему гневу, и ударил верного Исимута рукою наотмашь, и поверг его на землю, и долго бил его, пока не взмолился Исимут о пощаде, потому как оба лица его были уже разбиты в кровь и не мог он пошевелиться, не закричав от боли.
С тех пор затаил Энки, властелин вод, злобу против мудрого правителя Ирема и стал ждать подходящего случая, чтобы извести и унизить его, и выставить на всеобщее посмешище и поругание.