Дамы на выставке были одеты в вечерние туалеты. Одни после просмотра собирались ехать на званый ужин, другие – в театр. Впереди их ждала долгая ночь, полная развлечений. Их наряды были украшены жемчугом, вышивкой и кружевами, а головные уборы добавляли облику еще больше роскоши. По сравнению с ними Айрис выглядела довольно скромно в своем серебристо-голубом шелковом наряде и без всяких драгоценностей. Но он был уверен, что никто этого не замечает. Уверенность окутывала ее еще плотнее, чем прекрасная шелковая шаль. Он представил, как и в Вене, и в Париже Айрис снова и снова носит одно и то же платье и не заботится о том, заметит ли это кто-нибудь или нет, потому что она знает цену себе.
Несколько знакомых подошли к герцогу, и он представил им свою спутницу. Некоторые знали, что она была одной из наследниц старого герцога, но большинству это было неизвестно. Некоторые пожилые дамы при встрече с Айрис реагировали своеобразно. Улыбки сходили с их лиц, а в глазах появлялся недобрый огонек. Им срочно требовалось отойти и поздороваться с кем-нибудь в другом углу зала. Это были не открытые оскорбления, но нечто чертовски близкое.
Если Айрис и замечала это, то не подавала виду. Она продолжала любоваться картинами, обсуждая лоты с Николасом.
– Боже мой, это Минерва? – воскликнула она, когда они прошли в дальний конец зала.
Действительно, на скамье у стены сидела Минерва.
Они двинулись в ее сторону, и она жестом пригласила их подойти.
– Я знала, что вы будете здесь, – сказала она Айрис. – И готова прийти вам на помощь.
Рядом с женой маячил Чейз. Вид у него был недовольный.
– Она настояла, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, хотя Николас догадывался, что объяснение предназначалось ему.
– Очень любезно с вашей стороны, но его светлость уже оказывает мне необходимую помощь, – сказала Айрис.
Ее слова и выражение лица указывали на то, что она все-таки заметила колкости матрон. Николас начал мысленно составлять список светских дам, к которым с этой минуты больше не питал симпатии.
– Посидите со мной минутку, отдохните, – попросила Минерва.
Это был четкий сигнал мужчинам оставить их наедине. Николас и Чейз отправились бесцельно бродить.
– Полагаю, Кевина здесь нет, – сказал Николас.
– Естественно. Однако тетя Агнес здесь, так что будь осторожен.
– Где она? – спросил Николас.
– Скажу так: Минерва держится от нее как можно дальше.
Николас взглянул в другой конец зала и увидел тетю: она беседовала с двумя дамами. Агнес была явно увлечена разговором, и он понадеялся, что она его не заметит.
– Посмотри-ка, – оживился Чейз. – Можешь купить их и добавить в дядюшкин лес. – Он указал на две большие вазы, которые стояли, словно часовые, по бокам от крупной серебряно-золотой скульптуры.
– Я не стану покупать вазы, но мне будет любопытно посмотреть, сколько они стоят.
– Уверен, аукционный дом был бы рад завязать с тобой дружбу. Кстати, смотри, вон идет один из аукционистов. Тебя, похоже, заметили.
– Быть может, он идет к тебе.
– О, у меня в доме нет ничего ценного, а вот о коллекциях дядюшки известно всем. Удивительно, что тебя не подстерегли прямо у входа. Хотя вы ведь не знакомы. К сожалению, этот человек когда-то был представлен мне, так что он надеется…
– Ну, хорошо, покончим с этим быстрее.
Аукционист поздоровался с Чейзом, и тот представил его Николасу как мистера Натли. Он рассыпался в напускных благодарностях, уверяя, что счастлив познакомиться с его светлостью. Вскоре Чейз удалился, оставив Николаса на произвол судьбы.
Аукционист кланялся как заведенный.
– Ваша светлость, ваш визит для нас – большая честь.
– Что ж, я… – пробормотал Николас.
Ему всегда было сложно справляться с подхалимами, особенно если от него явно чего-то хотели. Но этот хотя бы сразу перешел к делу.
– Мы надеемся, что вы посетите сам аукцион, – сказал Натли. – Надеюсь, вы убедились, что многое из представленного на выставке высоко оценил бы покойный герцог.
– Да, все это очень интересно…
– Если мы можем быть чем-то полезны вам, то готовы это обсудить. Вашу библиотеку, например…
– У меня есть человек, который может заняться моей библиотекой, если я решу что-нибудь продать.
Мистер Натли, казалось, был удивлен таким ответом. Затем он поморщился и взглянул туда, где оживленно беседовали Айрис и Минерва.
– Надеюсь, вы имеете в виду не мисс Баррингтон.
– Вы ее знаете?
– Нет. Но ее дед был хорошо известен в наших кругах. Во всяком случае, до своего краха.
Последние слова Натли произнес доверительным шепотом.
Николас решил, что мистер Натли ему не нравится и он не станет иметь дел с этим аукционным домом. Они не получат редкие предметы из Уайтфорд-хауса. Однако герцог был слишком любопытен, чтобы на этом закончить разговор.
– До своего краха?
– О боже. Вы ничего не слышали? – Мистер Натли изобразил растерянность и тревогу, но быстро пришел в себя. – Это было задолго до того, как меня наняли, и я не знаю подробностей. Мне известно лишь то, что дед мисс Баррингтон был уличен в воровстве и ему пришлось бежать на континент.
