– Значит, должно быть какое-то объяснение пропажи книги, которое не позорит ни твоего, ни моего деда.
– Я так не думаю.
Он остановился как вкопанный и уставился на нее.
– Почему?
– Потому что твой дядя, покойный герцог, знал правду о том, что произошло на самом деле. Я уверена в этом.
– Чепуха!
– Почему тогда он принял меня без рекомендаций и представления? И потом, это свалившееся мне на голову наследство?.. О чем это может говорить?
Он подошел к Айрис. Гнев все еще не утих в нем, но ее доводы заставили его задуматься.
– Ты все еще считаешь, что наследство – это возмещение ущерба?
– Что же еще?
Она не знала, почему – из-за ее логики или из-за их близости, – но герцог уже не казался таким рассерженным. Он вдруг легонько улыбнулся уголком рта.
– Мне приходило в голову, что дядя сделал тебя наследницей, чтобы свести нас. Веселиться таким образом было очень в его духе.
– Мысль, конечно, интересная, но боюсь, истинная причина не в этом. Насколько я понимаю, твой дядя изменил завещание до того, как мы с ним встретились, но после того, как я написала ему. Не моя личность вдохновила его на великодушный поступок, а мое имя.
На какое-то время они умолкли и просто стояли рядом – так близко, что мельчайший жест стал бы прикосновением. Через распахнутую дверь за его спиной доносились звуки из книжного магазина внизу.
– Надеюсь, к вам больше не забредали воры и хулиганы с пистолетами? – спросил герцог.
– Нет, все спокойно. А как твое плечо?
– Уже достаточно зажило.
Достаточно для чего? Не было нужды спрашивать. Она читала ответ в его глазах, в выражении лица, в самом воздухе между ними.
– Неужели мы с тобой теперь враги и каждый будет бороться за доброе имя своей семьи? – спросила она.
– Возможно.
– Думаю, мы должны решить наверняка.
Он наклонился и запечатлел поцелуй на ее губах.
– Да, скоро решим.
– Филипп придет в восторг, услышав эту историю. Он будет вне себя от радости! – озвучил Кевин общую мысль, сидя с кузенами за карточным столом.
Они, как всегда, играли в двадцать одно. Николас, нахмурившись, наблюдал, как Кевин снова выигрывает.
– Это, безусловно, крайне интересная история, – сказал Чейз. – Нам нужно позаботиться о том, чтобы Филипп ее не услышал. Да и вообще, если уж на то пошло, она не должна выйти за пределы нашего круга. Было бы замечательно, если бы мисс Баррингтон просто приняла наследство в качестве извинения и оставила все как есть.
– А ты сам на такое согласился бы? – спросил Николас. – Имена забываются долго. Она уже пострадала из-за своего. Меня, например, из-за этой истории предупредили, чтобы я не пользовался ее услугами. Она хочет обелить свое имя и репутацию деда.
– Ты уже решил, что будешь делать? – спросил Чейз.
– По крайней мере, нужно точно установить, находится ли Псалтырь в библиотеках наших родственников. Я попрошу дядей разрешить мисс Баррингтон осмотреть их книжные фонды. Возможно, Бентон ошибся.
– Вот только ты знаешь, что он не ошибался, – вставил Кевин, делая очередную ставку.
Николас глядел, как карты ложатся на стол.
– Не понимаю, зачем ты возишься со своими изобретениями. Ты мог бы сколотить целое состояние, играя в азартные игры, – заявил он, доверительно наклонившись к кузену. – В твоем везении есть какой-то подвох. Признайся, ты, наверное, запоминаешь разыгранные карты?
– Вовсе нет. А вот Минерва запоминает.
– Ты уверен? – спросил Чейз, тоже заговорщицки наклонившись к ним.
– Я как-то наблюдал за ней несколько часов. Она так глубоко погружена в игру, потому что концентрируется на запоминании карт.
Чейз посмотрел на Николаса, потом перевел взгляд на Кевина. Выпрямился на стуле.
– Мне всегда было интересно, как она это делает. Приятно иметь жену, которая выигрывает за карточным столом больше, чем ты. – Он вытащил карманные часы. – Нам пора. Заканчивай, Кевин, и ты тоже, Николас. Долг зовет.
Николас бросил свои карты.
– Куда мы? – спросил он.
– Тебе предстоит проявить свои командирские способности. Нам поручено позаботиться о том, чтобы ты появился на сцене.
– Мне не нравится, когда говорят загадками.
– Тебе не понравится и то, куда мы тебя повезем. Я советую тебе просто смириться с судьбой, это будет самое мудрое решение.
Когда они покидали игровой зал, Николас заметил, что его ведут как под конвоем, чтобы он не сбежал: один кузен шел впереди, а второй позади него.
– Послушайте, я настаиваю на том, чтобы вы сказали, куда мы идем, – потребовал он.
Но ему никто не ответил.
В портике герцог остановился, отказываясь идти дальше.
– Куда мы направляемся? Сейчас же скажите мне, или я не сдвинусь с места.
Кевин улыбнулся:
– Нас ждет особенный вечер. Розамунда просила проследить, чтобы ты обязательно присутствовал.
– И Минерва тоже, – сказал Чейз.
– Ваши жены обращаются к вам с сомнительными просьбами, и вы тут же идете у них на поводу? Всего несколько дней назад вы оба были готовы отчитать их за неподобающее поведение, а сегодня вступаете с ними в сговор, чтобы отвезти меня на какую-то вечеринку? Я не настроен веселиться и отказываюсь ехать.
Его кузены переглянулись.
