– Она будто заказала искусному художнику свой портрет, а потом сама превратилась в этот портрет, – продолжал Квентин, потягивая вино. – Сплошная поверхностная красота. А вот в мисс Баррингтон нет ни капли фальши. Ее дед был таким же.
Николас сразу насторожился.
– Вы встречались с ним, дядя?
– Нет, но я много слышал о нем. Вокруг него разгорелся скандал. Поскольку он затронул и нашу семью, мне стало любопытно, что за человек был мистер Баррингтон.
– Я знаю о скандале.
Квентин никак не отреагировал на эту фразу, и Николас подумал, что это могло быть предостережение. Он решил переключить внимание на леди Каррингтон, которая сидела справа от него.
– Он этого не делал, конечно же, – неожиданно произнес Квентин так, как будто их разговор не прерывался.
– О ком вы?
– О Баррингтоне. Зачем ему это? Вряд ли он смог бы продать манускрипт, если бы оставил его себе. Так какой в этом прок?
– Возможно, Баррингтон просто хотел завладеть им.
– Он торговал книгами. И не рискнул бы своей репутацией, позарившись на одну из них. Во всяком случае, на его месте я не стал бы этого делать. И ты не стал бы. Так зачем это ему?
Николас оставил вопрос Квентина без ответа.
– Значит, ваш отец и мой дед солгал, сказав, что вернул Псалтырь Баррингтону? Вы обвиняете собственного отца в воровстве, дядя.
Квентин на минуту задумался.
– Возможно, поступку твоего деда есть какое-то объяснение, не связанное с ценностью древнего манускрипта, – наконец промолвил он.
– У вас есть догадки на этот счет?
– Нет. Мой отец, как и брат, обладал солидным состоянием. Он мог бы просто купить манускрипт.
– Скорее всего, он вернул его.
– Так вот почему ты позволяешь этой женщине рыться в наших библиотеках? Чтобы доказать, что Псалтыри у нас нет?
– Именно так. Мисс Баррингтон хочет осмотреть и вашу библиотеку, если вы позволите.
– Ради бога, но это будет пустой тратой времени. Я продал лучшую половину книжного собрания несколько лет назад. Все книги были описаны и оценены. Мои сыновья не интересуются инкунабулами и другими редкими изданиями, и я не намерен оставлять им такие книги в наследство. Они предпочитают деньги.
– Уолтер уж точно.
Квентин вздохнул и покачал головой:
– Так ты уже слышал? Должно быть, и остальные тоже все знают. Он живет не по средствам, уж не представляю, как ему это удается, ведь у него неплохие доходы. К сожалению, жена Уолтера считает, что должна жить как герцогиня, и тратит деньги в соответствии со своими убеждениями. Ты видел, что все дамы обратили внимание на ее наряд, когда она вошла в гостиную? Она только ради этого и живет. К сожалению, мой сын без ума от нее. Она околдовала его с первого мгновения. И она же его и погубит.
– Я сомневаюсь, что все закончится так уж плачевно. Уолтер не дурак.
Квентин посмотрел через стол на своих сыновей.
– Фелисити – одна из причин, почему я редко езжу в Лондон. Мне не хочется встречаться с ней. Я чувствую, что она вечно присматривается к моему здоровью в надежде, что оно вот-вот начнет меня подводить.
Николасу не очень нравилась Фелисити, но придирки дяди к ней показались ему несколько преувеличенными. Жена Уолтера была ничем не хуже многих других светских дам. И все же выражение лица дяди заставило его призадуматься.
– А оно подводит?
Квентин вздохнул и блекло улыбнулся:
– Болезнь сердца. Пройдет совсем немного времени, и я увижу твоего отца, Николас. Что ж, хоть это меня порадует. Я очень скучаю по нему.
Такой поворот в разговоре отрезвил Николаса. Он пристально посмотрел на дядю и увидел в его глазах выражение смирения и покорности судьбе, свидетельствовавшее о том, что он говорил правду. Теперь, приглядевшись, Николас начал замечать глубокие морщины вокруг глаз и рта Квентина, которые, скорее всего, не были свидетельством преклонного возраста.
– Уолтер и Дуглас знают?
– Я сказал им в конце прошлого года.
Квентин отпил немного вина и поморщился, а потом повернулся и посмотрел племяннику прямо в глаза:
– Я просил его не делать это, ведь оно того не стоило. Даже сам Фредерик приказал ему отступить. Но он был полон решимости добиться опровержения глупого слуха, которому и так никто никогда бы не поверил.
Николас ощутил странный озноб. Речь теперь шла о его отце.
– Какого слуха?
Квентин отодвинул свой стул и встал.
– Не будем ворошить прошлое. Тем более что он умер, чтобы похоронить его. А теперь извини меня. Мне нужно подышать свежим воздухом.
– Вам нужна помощь, дядя?
– Нет, через пару минут я приду в себя.
– Когда вам было бы удобно показать мисс Баррингтон вашу библиотеку? Мы можем вовсе отказаться от этой идеи, если вы…
– Нет, почему же? Но только не завтра. Я разрешил сестрам устроить ленч на берегу реки в моем поместье. Дамы смогут посплетничать, а джентльмены порыбачить. Приходите на следующий день.
Квентин ушел. Николас проводил его взглядом, отметив про себя, что дядя выглядел осунувшимся и похудевшим.
