– Время было зыбкое и непонятное, но мы не сильно страдали. Мы все выжили. А вот потом, после войны, несколько раз начинались эпидемии. Они были куда опаснее. Тогда еще люди не пользовались хинином, который помогает при лихорадке. Еще всего несколько лет – и мои родители, пожалуй, остались бы живы.
– Мне жаль, что ты потеряла родителей…
Николас представил Айрис, еще почти девочку, в отчаянии. Она видела, как умирают ее близкие, и ничего не могла поделать.
– Ты тоже потерял своих.
– У меня были родственники – дяди, кузены. Я не был одинок в своем горе.
– Со мной были соседи.
Впрочем, Айрис действительно переживала горе в одиночку. Неудивительно, что она цеплялась за воспоминания о близких, и прежде всего о дедушке, которого особенно почитала.
– Почему ты решила снова взять фамилию Баррингтон?
– Так записано у меня в документах.
Она замолчала. Он стал кончиками пальцев поглаживать ее грудь, как будто дразня ее. Соски Айрис в ответ на его ласки набухли и потемнели.
– Ты говорил о каких-то планах, – напомнила она, едва дыша. Ее тело соблазнительно выгнулось от возбуждения.
– У меня назначена встреча с одним из агентов Чейза после того, как все гости разъедутся. А перед этим мы собираемся обыскать чердаки.
– А вы еще их не осматривали?
– Не слишком внимательно. Когда ты увидишь, что там находится, то поймешь, как это непросто. Чердак набит вещами, которые накапливали целые поколения Редноров. Я успел разобрать только вещи дяди. Однако, мне кажется, нам нужно просмотреть все залежи.
Айрис легонько заерзала под его неторопливыми ласками.
– Это может занять неделю.
– Мы будем не одни. Я привлеку целое войско помощников.
Он опустил голову и провел языком по одному соску, одновременно поигрывая пальцами с другим.
Она подавила стон.
– Войско?
– Чейз и Кевин останутся в усадьбе, чтобы помочь нам, – произнес Николас, продолжая полизывать и покусывать. – Сгоним туда слуг. Вынесем все вещи, если понадобится.
Ласки Николаса стали более страстными. Запыхавшись, она качнула бедрами и потянулась к нему, но он перехватил ее руки, поднял их у нее над головой и продолжал ласкать, наслаждаясь ее возбуждением.
– Антракт еще не закончился, ваша светлость? – прошептала она, прерывисто дыша.
– Думаю, закончился, но мне нравится эта игра. Я наслаждаюсь каждой твоей реакцией, каждым приглушенным стоном, каждой судорогой. Ты еще прекраснее в буйстве страсти, я очарован тобой.
Теперь он ласкал все ее тело.
– Я хочу видеть, как ты достигнешь пика страсти.
Николас коснулся внутренней стороны ее бедра, а затем погладил влажную, мягкую плоть промежности. Спина Айрис выгнулась, груди поднялись, и она издала глухой крик. Он стал поигрывать с ее клитором, и из горла Айрис полилась мелодия неистовых стонов. Они нарастали вместе с ее безумием, но вот наконец она сорвалась на громкий пронзительный крик, и ее сотрясла мощная судорога.
Николас отпустил ее руки и встал на колени между ног Айрис. Приподняв ее бедра, он вошел в нее, прижимая ее ноги к своим чреслам и не отрывая от нее взгляда до тех пор, пока мощная волна страсти не ослепила его.
Николас действительно собрал целое войско помощников. Сам он был фельдмаршалом, а Чейз и Кевин – его генералами.
– Мы методично обыщем все чердачные помещения, – заявил Николас стоявшим перед ним навытяжку восьми лакеям.
Все мужчины, включая и джентльменов, были без верхней одежды, в рубашках. Сюртуки и ливреи были сложены в одной из спален для прислуги, расположенных по обе стороны коридора, ведущего к чердаку. Айрис и Минерва сидели на старом диване в другом конце коридора. Рядом с ними стояла Розамунда с блокнотом и карандашом в руках.
– Мы уберем всю мебель с чердака и поместим в одну из комнат для прислуги, – продолжал Николас. – Один из нас троих должен тщательно обыскать каждый предмет. Показывайте мне все, что сочтете ценным. Если я решу, что это действительно стоящая вещь, вы передадите ее мисс Баррингтон для дальнейшего рассмотрения. Мы ищем, прежде всего, черную коробку средних размеров. Если вы найдете что-то подобное, немедленно сообщите мне.
После инструктажа все приступили к поискам. Чердак был так плотно забит старыми вещами, принадлежавшими покойным Холлинбургам, что войти туда одновременно могли только два человека.
– Так вот куда подевались звери! – воскликнул Чейз, когда они открыли дверь на чердак. – Хорошо, что ты избавился от них.
Николас чуть не застонал, когда увидел перед собой чучела животных. Раньше они были выставлены на главной лестничной площадке. Это были самые эксцентричные из украшений, выбранных дядей. Николас жестом приказал лакею вынести чучела наружу.
Чейз тем временем командовал тремя другими лакеями, расчищавшими место. Затем они начали убирать мебель, прокладывая ход в середину помещения.
