– Я хочу, чтобы ты продала для меня «Сны Полифилуса». Если ты, конечно, планируешь и дальше заниматься книготорговлей хоть какое-то время, несмотря на наследство.
Это было единственное предложение, способное отвлечь ее внимание от эротических фантазий, которым она неожиданно предалась.
– Ты уверен, что действительно хочешь ее продать?
– Уверен. И еще я хочу, чтобы ты выступила посредницей в продаже римской вазы. Я дам тебе рекомендательные письма для герцога Девонширского и других потенциальных покупателей, которых ты назовешь. Я бы предпочел, чтобы продажей вазы занялась ты, а не адвокат или кто-то еще.
Эти письма открыли бы для Айрис двери в дома лучших коллекционеров Британии. Она пришла в восторг, но он быстро сменился чувством горечи и разочарования. Айрис поняла, что Николас пытался обеспечить ее будущее, помимо наследства. Он делал ей прощальный подарок.
А чего она ожидала? Она ведь так долго избегала его. Не ответила на два письма. Она, по существу, разорвала отношения с ним, и он смирился с этим. Но Николас был герцогом, джентльменом, способным на благородные поступки.
– В таком случае мне нужно будет сделать набросок вазы и снять с нее размеры, – сказала она, пытаясь сохранять хладнокровие.
Он подошел к столу, стоявшему у северного окна. На нем все еще лежали ее перчатки, фартук и блокноты.
– Похоже, ты не собираешься заканчивать оценку книг в моей библиотеке, так что мы можем воспользоваться твоим инвентарем. – Николас взял блокнот, карандаш и линейку. – Я понял, что все кончено, когда ты не вернулась в библиотеку. Каждое утро проверял. Твое отсутствие сказало мне все, что я хотел знать.
Айрис встала и подошла к нему.
– И что же ты хотел знать?
Его лицо посуровело.
– Правильно ли мне показалось, что в тот день ты ушла навсегда? Что все это, – он указал на стол и перчатки, – было просто средством достижения цели? Ты добилась того, чего хотела, а потом все бросила…
У Айрис сжалось сердце от боли. Она понимала, что он хотел сказать: «Ты бросила меня».
– Неправда. Ни оценка книг в твоей библиотеке, ни все остальное не были для меня просто средством достижения цели.
Он взглянул на нее, и выражение его лица слегка смягчилось.
– Приятно это слышать. Пойдем наверх, ваза надежно спрятана в моих комнатах. Можешь провести осмотр там.
Она поднялась за ним вверх по лестнице на этаж, где располагались герцогские покои.
– В гардеробной окна как раз выходят на север, я принесу тебе вазу туда.
Он открыл дверь и жестом пригласил ее войти. Его гардеробная была, пожалуй, просторнее, чем весь ее дом во Флоренции. В комнате по кругу стояли четыре больших кресла с мягкой синей обивкой. Еще одно было придвинуто к угловому окну. Рядом с ним она заметила стопку книг и еще одну – гроссбухов. На столе были разбросаны газеты. Северное окно выходило в большой запущенный сад.
Вскоре в гардеробную вошел Николас с коробкой в руках. Подойдя к столу, он поставил на него коробку, а затем положил рядом линейку и блокнот. Айрис потянулась за блокнотом, но Николас остановил ее.
– Ты нехорошо поступила со мной, Айрис, – сказал он. – Те чувства, которые мы испытывали друг к другу, не заслужили такого конца.
У нее перехватило дыхание. Она закрыла глаза. Николас стоял за ее спиной, и она, казалось, чувствовала исходившее от его тела тепло. Его тихий голос звучал у самого ее уха. Ладонь Николаса, такая изящная и сильная, легла на ее плечо.
– Ты прав, – пролепетала она. – Я нехорошо поступила.
– Ты бросила меня из-за сплетен о мисс Пейджет? Их раздували ее мать и моя тетя. Все это чепуха.
Айрис покачала головой:
– Нет. Кстати, мисс Пейджет разрешила мне оставаться твоей любовницей, когда вы с ней поженитесь. Бедная девочка считает себя искушенной в подобных делах, хотя я сомневаюсь, что она имеет хоть какое-то представление о том, что говорит.
– Как заботливо с ее стороны!
– Можно и так сказать… – Айрис собралась с духом и повернулась к нему лицом. – Мне здесь не место. Мне не место рядом с тобой! Я, вероятно, вернусь на континент. Получу я наследство или нет – это не важно, я все равно продолжу заниматься книготорговлей. Это дело всей моей жизни, и мне оно нравится. Англия – не мой дом, здесь я чувствую себя чужой.
Айрис надеялась, что ее слова звучат убедительно. Не могла же она назвать Николасу настоящую причину бегства.
– Но она могла бы им стать, если ты захочешь. После того как продашь трактат.
– Значит, вот зачем ты пытаешься познакомить меня с герцогом Девонширским и другими влиятельными аристократами? Чтобы привязать к Англии?
– Я поступаю как друг, который хочет помочь другу. К тому же я думаю, что ты сумеешь более выгодно продать трактат, чем кто-либо другой. Так что в моих действиях присутствует личный интерес.
Он ближе придвинулся к Айрис, и это было опасно. Ей следовало бежать, но она не могла сдвинуться с места. Тело, душа, сердце – каждая частичка ее отказывалась повиноваться.
Николас приподнял ей подбородок указательным пальцем.
– Ты твердо решила порвать со мной?
Каким-то образом ей удалось кивнуть. Он провел большим пальцем по ее губам.
