– О, в том-то все и дело, – заметил Рувах. – Если бы вы следовали моим инструкциям, то к настоящему времени уже знали бы, как.
– Но мы следовали, – возразил Ксавье. – Мы сохранили семечки. Ну, почти все из нас. Видишь?
Ксавье разжал ладонь, показывая Руваху свое семечко. Леви сделал то же самое.
– Сохранить – недостаточно, – сказал Рувах. – Семя должно охраняться и использоваться. Как вы вскоре увидите, враг уже в пути.
Рувах переместился в центр комнаты – для ребят это выглядело так, словно он вовсе не двигался, а просто исчез в одном месте и появился в другом. Он поднял руку, откинув рукав мантии, и ребята увидели яркую кисть, сияющую абсолютной белизной. Затем, как уже бывало прежде, из ладони Руваха прямо в воздух выстрелил луч света.
– Смотрите, – произнес Рувах.
В луче ребята увидели искривленные металлические балки крепости Хаоса. В просветах меж ними двигалось что-то черное и плотное; через мгновение ребята осознали, что это армия поддельщиков, которая сплошным потоком выливается из крепости. Сверху, из башен, продолжали вылетать стрелы – они проносились над горами и долинами, целя в золотой край на другой стороне пропасти.
– Поддельщики, – проворчал Эван, не отрывая глаз от картинки. – Как же я ненавижу этих ребят.
– Я тоже от них не в восторге, – заметил Леви.
– Они идут сюда? – спросила Брианна.
– За ключом? – уточнил Ксавье. – Тем, что мы забрали? Который открывает двери тюрьмы?
Рувах повел рукой, и видение исчезло.
– Нет, на сей раз Понеросу нужны
– Мы? – тихонько переспросила Брианна. – Все мы?
– Он знает, что, украв ваши семена, сможет ослабить вас. Так что он нападет. Стремительно. И скоро.
– Тогда… что мы можем сделать, чтобы остановить его? – спросил Ксавье.
– Покажите ему вашу стойкость. Вы должны выстоять.
– Просто… стойкость? – Леви неуверенно переглянулся с остальными.
– Если бы у нас были мечи, мы могли бы драться, – с ноткой нетерпения напомнил Эван, которому жутко хотелось иметь меч. – Разве сейчас не самое время для мечей?
– У вас есть все, что вам нужно, – ответил Рувах.
– Ну, начинается… – вполголоса пробурчал Эван.
– Можем мы, по крайней мере, взять то, что хранится в тех запертых комнатах? – Леви шагнул вперед. – То есть нас же всего пятеро против целой армии…
– У вас есть все необходимое, – повторил Рувах.
– Но эти семечки…
– Семя – твой щит, – произнес Рувах. – Помните указания?
Диски на нагрудниках ребят начали крутиться. Всякий раз, когда они оживали, воины знали, что сейчас получат некого рода инструкции, которые помогут им справиться с заданием. Они тревожно смотрели, как на поверхности дисков появляются и выплывают в воздух перед ними слова:
– Теперь ступайте, – Рувах протянул длинную руку, указывая на что-то за спинами ребят.
Они обернулись посмотреть, в чем дело.
Там ничего не было.
Когда они повернули головы обратно, Рувах исчез… как и Пещера.
Они снова стояли на холме, с которого начали свой путь. На горизонте по-прежнему маячил темный и зловещий Скотос. Но сейчас в воздухе не носились стрелы. Все вокруг было тихо и мирно. Солнце ярко сверкало в вышине, согревая лица.
Ксавье глянул вниз, на реку, но в этот раз не увидел на воде подернутого рябью герба. Он силился разглядеть шеренги поддельщиков, выступающих из ворот крепости Хаоса, как показывал им Рувах. Но из-за тумана увидеть что-либо было невозможно.
Невидимый враг.
– Но тут ничего не происходит, – заметил Эван. – И сколько нам здесь торчать?
– Рувах говорил, мы должны выстоять, так что, как я понимаю, надо просто… стоять, – пожала плечами Брианна.
Она вертела в руках свое семечко так и эдак, пытаясь сообразить, каким же образом его можно «использовать», как наказал им Рувах. Вообще-то, ей очень нравилось, как блестят на солнечном свете стразы.
Леви зевнул:
– Как думаете, если сесть – это тоже сгодится? Я начинаю уставать.
Он присел на мягкую траву. Брианна и Эван присоединились. Мануэль положил щит и уселся на него. Пришлось примоститься между торчащими из щита стрелами, поскольку вытащить их Мануэлю оказалось не под силу. Он закрыл глаза и прислонился головой к одной из стрел.
– Эй, ребята, не засыпайте, ладно? – Ксавье остался на ногах: кому-то нужно было сохранять бдительность, стоять на страже.
Ему было не по себе – хотя ему всегда становилось не по себе в Агоратосе, в особенности когда обстановка вокруг казалась такой мирной. Обычно так бывало, когда на самом деле что-то шло не так. Хотя, похоже, Ксавье – единственный, кто так себя чувствует.
Он огляделся, изучая окрестности. У подножия холма с одной стороны текла река. Другой склон уходил в густую рощу.
– Может, стоит спуститься туда? – Ксавье указал на деревья. – Там у нас будет при крытие.
– Я думала, нам полагается оставаться здесь, стоя… или сидя, – возразила Брианна.
Она принялась рвать крошечные белые цветы, прятавшиеся в траве, чтобы сплести венок.
