Щёки невольно залило краской, как Иалина поняла, что он имеет в виду. Но к чести виконта, он не стал пользоваться их уединённостью даже для того, чтобы просто поцеловать её. Видимо, чувствовал, чем это всё может закончиться. Они замерли, прижавшись друг к другу. И скоро, убаюканная мерным покачиванием кареты, Иалина задремала.
И вдруг ей приснилось, что вместо названного виконтом места они приехали почему-то в храм Единого. Не в Монтежаре, а в какой-то забытой всеми деревушке. Храм этот выглядел обветшалым. Стены его посерели и местами обрушились. Внутри царил полнейший разгром: поломанные лавки, разорённый алтарь и измаранная птицами фигура Единого в огромной нише. В провал высокого свода падал холодный свет безразличной луны и покачивались под ветром ветки уже проросших на крыше деревьев.
Иалина медленно вошла в храм, озираясь и не понимая, зачем оказалась здесь.
Вдалеке, у поруганного изваяния бога, стоял один человек. И чем ближе она подходила к нему, тем отчётливее узнавала. Отец Мерред. Он ждал её – но неизвестно, зачем.
– Ваше преподобие, – осторожно окликнула его Иалина.
Он обернулся. Серые глаза, сейчас гораздо более холодные, чем обычно, скользнули по её фигуре. Он заложил руки за спину и расправил плечи.
– Здравствуйте, Иалина, – проговорил тихо, но его голос гулко пронёсся среди старых гранитных стен.
Он протянул ей навстречу руку. И показалось вдруг, что вот оно – спасение. Не там, куда она собиралась вместе с Анри, а здесь. Рядом с ним. Возможно ли такое?
– Куда ты едешь?! – громкий возглас виконта вырвал её из топкого, словно болото, сновидения.
Иалина вздрогнула и часто заморгала, не понимая, что происходит и где она вообще находится. Поднялась с сидения, на которое её уложил Анри, и потёрла глаза. Виконт всё пытался докричаться до кучера, высунувшись в окно. Она посмотрела в другое – они и правда уже вновь ехали по Монтежару: виднелась вдалеке, на пологом холме, королевская резиденция. Возница никак не откликался и гнал экипаж достаточно быстро.
– Что случилось? – Иалина дёрнула Анри за рукав.
– Он привёз нас обратно в столицу, – виконт выругался сквозь зубы. – Неужели… Проклятье. Он и тут подгадал.
Карета вывернула на боковую улицу и, распугивая бродячих кошек, которые только и шастали между домов в столь поздний час, быстро докатила до имения де Коллинвертов. Только миновав ворота, сбавила ход и, постепенно замедляясь, остановилась у крыльца.
Виконт со всей силы ударил кулаком в спинку дивана, и лишь он встал, чтобы выйти наружу, как дверца рядом с ним сама распахнулась. Внутрь заглянул кучер. Он сдёрнул капюшон – и будто по волшебству обратился Немарром.
– Добро пожаловать домой, беглецы, – процедил он, схватил Анри за грудки и выволок во двор.
Иалина ахнула и, поддёрнув юбку, поспешила за ними.
– Ты не имеешь права распоряжаться ей! – позабыв обо всех условностях, прорычал виконт, отталкивая дядю.
– Я имею право распоряжаться даже тобой, – хмыкнул тот, одёрнув камзол. – Милостью твоего отца, который не захотел возиться с неуравновешенным драконом и отдал тебя мне на воспитание. Так что заткни свой рот! И не указывай, что я имею право делать, а что нет!
Анри, нимало не думая, кинулся на него, обхватил поперёк пояса и повалил на усыпанную гравием дорожку. Замахнулся, но ударить не успел – маркиз перехватил его кулак и сжал пальцами.
– Хорошо, что такой мразью, как ты, я никогда не стану! – прохрипел виконт, сдавливая его шею другой рукой.
– Конечно, не станешь. Твой дракон сдохнет, как только ты обернёшься хоть один раз. – Немарр сбросил его с себя и тут же встал. Вцепился в ворот виконта, поднимая его с земли. – А так обязательно будет, потому как рядом с ней ты не сможешь совладать с ним. Он хочет её сильнее, чем ты – удержать его.
– Прекратите, прошу! – Иалина бросилась к ним, но не успела даже коснуться маркиза, попытаться его остановить, как он повернулся к ней:
– Назад!
Она отшатнулась, неосознанно загораживаясь рукой. В глазах маркиза не осталось ничего человеческого: на неё смотрел дракон – с испепеляющим гневом и ненавистью.
Анри вывернулся из его хватки и ударил в висок. Немарр только шагнул в сторону – не более. И вдруг по шее виконта от груди начали расползаться огненно-красные прожилки, сияющие, раскалённые. Кожа его засветилась внутренним пламенем, изменились глаза, отразив того, кто рвался сейчас наружу. Он закрыл лицо руками и отвернулся, сгорбившись.
– Анри! Возьми себя в руки. Не заставляй меня… – маркиз кинулся к нему, кажется теперь испугавшись.
Он обхватил его плечи и снова отмахнулся от Иалины, которая попробовала хоть немного приблизиться, пусть и не знала, чем может помочь. Виконт рухнул на колени и зарылся пальцами в гравий, будто хотел взять хоть какие-то силы из земли. Чтобы не дать взбесившемуся дракону вырваться. Это увидят многие, и кто-то из них не побоится гнева маркиза, доложит королевским дознавателям.
