– Но кто она такая? И чего взъелась на констеблей?
– Полагаю, мы это скоро выясним.
Он хотел добавить что-то еще, когда за спиной неожиданно прогремел выстрел, и оба констебля подпрыгнули на месте. С ветвей деревьев с карканьем вспорхнули перепуганные вороны.
Обернувшись, Бэнкс и Хоппер увидели в руке у мистера Баллуни повисший на нитке обрывок шарика. Наслаждаясь произведенным эффектом, продавец глядел на них с легко читаемым ехидством.
А потом вдруг сделал то, что по-настоящему испугало Хоппера. Он раскрыл рот и клацнул зубами, как будто сделал укус.
После чего исчез – подплывший клок тумана заволок мистера Баллуни вместе с его тележкой…
…К выходу из парка Бэнкс и Хоппер подошли не в лучших чувствах.
Хоппер испытывал настойчивое желание заглянуть в аптеку – благо, она тут в двух шагах – и купить микстуру от мании преследования. Менее щепетильный Бэнкс испытывал тяжесть в животе: кажется, пирожок с рыбой впрок не пошел.
Впрочем, тяжелые мысли обоих улетучились, как только они оказались у ворот парка. Там их ждало нечто исключительно неожиданное.
Сигнальная тумба братьев Тромпер, стоявшая в нескольких ярдах от ограды, напоминала… форт?
Вокруг нее были навалены набитые чем-то мешки, ящики, сундуки, чемоданы и пара десятков стульев, словно где-то неподалеку произошло ограбление театра.
На самой тумбе был закреплен, видно, самодельный пропеллер, исполнявший роль громадного антитуманного зонтика – его лопасти проворачивались с натужным скрежетом, но работу свою исполняли. По периметру укреплений было зажжено несколько фонарей.
Сами братья Тромперы, увалень Тедди и зануда Терри, были на посту. Тедди взгромоздился на стул с высокими ножками и лесенкой (Бэнкс сразу понял, откуда он его позаимствовал, ведь во всем городе такой стул был лишь в одном месте – в аптеке Лемони). Оттуда он наблюдал в бинокль за улицей Слив. Терри внизу раскладывал фейерверки.
– Эгей, Тромперы! Что это у вас тут такое?! – удивленно воскликнул Бэнкс, когда они с напарником подошли.
От окрика констебль Тромпер-младший дернулся и едва не свалился со своего насеста, а старший рухнул на тротуар и спрятался за мешком.
– Бэнкс?! Хоппер?! – яростно прикрикнул Тедди, когда узнал коллег. – Да провалитесь вы пропадом – нельзя же так подкрадываться, в самом деле!
Терри выглянул из укрытия.
– Да они на пулю нарываются, Тедди! Или на фейерверк в задницу!
Бэнкс расхохотался.
– Ну вы и учудили. Рассказать парням – вот смеху-то будет.
Тедди плюнул в него со своего стула, но толстяк ловко отпрыгнул в сторону. Терри глядел волком.
– Смейся-смейся, Бэнкс. Посмотрим, будет ли тебе смешно, когда и ты пропадешь. Ну а нас тут никому не взять. Не хотелось бы, знаешь ли, исчезнуть, как Доббс, Уилкс и Хоуни.
Бэнкс вмиг помрачнел.
– Ладно-ладно, – примирительно сказал он. – Форт у вас, надо признать, вышел неплохой. Чайком угостите?
Братья Тромперы, не сговариваясь, глянули на сложенные у тумбы ящики с консервами, пакетами с чаем и коробками папиреток – кажется, они решили залечь здесь надолго.
– Прости, Бэнкс, у самих чая немного.
– Ну ладно, без чая так без чая.
Терри смерил их с Хоппером подозрительным взглядом.
– А вы чего это по городу расхаживаете, когда должны быть на вокзале?
Хоппер пожал плечами и уклончиво ответил:
– Да вот расследуем кое-что.
– Что?
– Ищем вокзального воришку, – нашелся Бэнкс – рассказывать коллегам правду о расследовании было рискованно – еще, чего доброго, донесут Гоббину.
– След привел на улицу Слив, – добавил Хоппер и подхватил вранье: – Наш «сверчок» напел, что воришки где-то здесь живут. Может, вы их знаете?
Тедди крякнул и с важным видом заявил:
– Мы на нашей улице всех знаем. Кто именно вам нужен?
– Близнецы Хейвуд.
Терри бросил взгляд на брата. Тот кивнул.
– Знаем мы этих щенков. Грызючие мальчишки.
– Грызючие? В каком смысле?
– Да огрызаться любят – никакого почтения к представителям закона. Мы их частенько ловим. В смысле… гм… почти ловим – они скользкие очень. Значит, на вокзале что-то украли? Это в их духе.
– Да вот, чемодан одного пассажира умыкнули, – сказал Бэнкс. – Где они живут? Думали наведаться к ним и родителям их сообщить об их проделках.
Тедди поморщился, Терри угрюмо почесал бакенбарды.
– Родители их вообще за ними не следят. Отпустили поводки. Мистер Хейвуд – какой-то ученый из ГНОПМ, профессор вроде бы. Карты составляет.
– Терпеть не могу этих умников из ГНОПМ, – проворчал Хоппер. – Все они там зловредные.
– Это точно, – поддержал Тедди, – но миссис Хейвуд не лучше – она актриса из «Театра Мальвины де Блуа». Вечно расхаживает по нашей улице в своем высокомерном манто, снобском боа и просто обожает маски.
– Профессор и актриска, – пробурчал Бэнкс. – Сочетание, как мышь с перцем.
– И не говори, – кивнул Тедди. –Давно думаем их прижучить, да они из этих, у кого законопослушность из ушей лезет. Не люблю таких.
– Но вот сыновья Хейвудов давно в «собачник» напрашиваются, – добавил Терри. – У нас имеется целый список их непотребств.
Бэнкс многозначительно отметил:
– Мы слыхали, у них няня есть. Что о ней можете сказать?
Братья Тромперы снова переглянулись.
