И это обстоятельство очень не нравилось Носачу. Подозрение в голове почти сразу превратилось в уверенность: «Подстава». И все же он пока что не понимал, в чем ее суть: неужели Лис рассчитывает, что его прихвостням удастся отбить пленника? Перевес не на его стороне, ведь Сироток втрое меньше, чем «Хрипунов».
– Я же говорил, – прошептал Винки, – у него нет вашего Финни.
– Тогда тебе очень не повезло, – проскрипел в ответ Носач. – Нет, ну что за шут. Ты только глянь на него!
– Это Лис, – вздохнул Винки, с легким налетом стыда глядя, как вожак Сироток приближается, приплясывая и выкидывая в стороны коленца, помахивая при этом белым платочком – видимо, белого флага у него попросту не нашлось.
Лис остановился в трех шагах от Носача и Винки, отвесил благодарной публике церемонный поклон и, высоко подняв руку, щелкнул пальцами.
В тот же миг из укрытия показался Вакса. Подтащив к боссу его любимый стул, он опрометью ринулся обратно и вскоре скрылся из виду. Лис уселся и закинул ногу на ногу.
– Уговор был, что ты придешь один, – гневно сказал Носач.
– Ты про Ваксу? – усмехнулся Лис, отмечая шевеление в потемках за спиной Носача. – Он просто принес мой стул. Про стул уговора не было, а я не люблю проводить обмен стоя.
– Какой еще обмен?! Ты должен был привести Финни. Что ты собрался менять?
Лис достал из кармана портсигар и закурил папиретку.
– Финни-Финни, наш старый приятель Финни, – развязно произнес вожак Сироток. – Зачем он тебе, Носач? Длинный Финни – тупой, как угол сигнальной тумбы фликов. Это ведь ты, Носач, – ты! – придумываешь планы, ты на самом деле руководишь «Хрипунами». Может, пора воспользоваться удачно подвернувшимся шансом и выйти наконец из тени?
– Ты ничего не понимаешь, Лис.
– О, я понимаю все! И вот что я тебе скажу: к Финни, как у нас, так и у «старых», нет никакого уважения – все знают, что он шныряет на Шнырра, который шныряет на фликов. Думаешь, вас случайно не пускают на Изнанку? Другое дело ты: в шушерном братстве знают, что Носач ни разу не был замечен в облизывании фликов и еще, что он всей душой ненавидит их после того случая. – Лис кивнул, указывая на деревянный протез Носача. – Тот злобный флик отрезал тебе нос – такое не прощают.
– Ты пытаешься меня заболтать, Лис. Не выйдет! К чему ты ведешь?
– Меня заботит лишь одно: почему ты не заглянул в цилиндр.
И Носач, и Винки выпучили глаза.
– Что? – выдохнул «Хрипун». – Откуда ты?..
– Мы оба знаем, что в цилиндре твое имя. Ну, может, еще Курчавая Бетт в шутку написала свое. Так почему ты не заглянул в цилиндр? Зачем тебе Финни?
Носач скривил лицо, отчего его деревянный нос едва заметно заходил вверх-вниз, покачиваясь на тонких проволочных дужках, закрепленных за ушами.
– Надоело! Ты пытаешься обменять шыш на мышь! Со мной такое не пройдет. Я пришел сюда за боссом. Раз его здесь нет…
– Но ведь Винки сказал тебе, что я не похищал Финни. Дважды сказал… или трижды?
– Да откуда ты все это знаешь?!
Лис выпустил изо рта колечко рыжего дыма и усмехнулся.
– И тут мы переходим к сути, Носач. Обмен. То, ради чего мы все здесь собрались.
– Тебе некого менять. У тебя только шыш.
– Разве? К сожалению, я не могу предложить тебе твоего злобного тупого босса, но у меня есть кое-кто получше.
– Кто?
Лис широко улыбнулся и подмигнул ему.
– Тот, кто рассказал мне все. Тот, кто сообщал Сироткам ваши планы. Мой шпион в «Хрипунах». Или ты думаешь, я невидимкой пробрался к вам на чердак, подглядел голосование с цилиндром и подслушал допрос моего друга? Это больше, чем шыш, не находишь?
Носач задумался. Конечно же, в «Хрипунах» есть шпион. Он не раз говорил об этом Финни, но тот и слушать ничего не желал. Вычислить его было давним потаенным желанием Носача. И обменять на имя шпиона эту мелюзгу, хоть бы Винки и любимчик Лиса, было невероятно заманчиво.
Он кивнул.
Лис в тот же миг вскинул руку и снова щелкнул пальцами.
Из-за колонны со стороны «Хрипунов» вышел невероятно лопоухий мальчишка в штанах, натянутых по грудь, и с короткими подтяжками. Он шморгнул длинным вислым носом и вытер сопли рукавом.
– Чайник, ты? – потрясенно выдохнул Носач. – Ты всегда был Сироткой?
– Меня на самом деле зовут Слоннс. Прости, Носач, – сказал он и, подойдя к Лису, встал за его спиной.
– Все по-честному, – Лис ткнул папиреткой в Винки. – Я избавил тебя от своего шпиона, хотя этим я себе, считай, сломал пару пальцев. Неплохой обмен на этого коротышку, который даже не состоит в Сиротках, верно?
– Но как же Финни?
– Я не знаю, где он. Это правда. Если бы знал, сказал: пока Финни во главе «Хрипунов», мы на два шага впереди – мне выгодно, чтобы этот болван вами командовал. Я думаю, его похитили те же, кто схватил и моих. Я поболтал кое с кем из Крысятников с Поваренной площади – у них тоже есть пропавшие. Вероятно, это как-то связано с Кошмаром на улице Флоретт и что-то мне подсказывает: те, кто пропал, уже не вернутся.
Носач не моргая глядел на него и молчал, раздумывая. Лис больше не походил на шута и, хотя это казалось невозможным, вроде бы говорил искренне. Наконец помощник Длинного Финни прервал молчание:
