– Нет, он был скрипачом и пудрил парик твоей бабушке! – утратив терпение, воскликнул Шнорринг и выхватил оплату за сведения из руки Джаспера. – Мне почем знать, чем он там промышлял в прошлом?
Мгновенно потеряв интерес к Джасперу, Шнырр принялся дрожащими руками пересчитывать деньги: бумажку за бумажкой он прежде оглядывал их и, проверяя на подлинность, слюнявил герб ворона на одной стороне, затем переворачивал и царапал обломанным ногтем изображение пуговицы на другой.
– Еще что-то можете о нем рассказать? – спросил Джаспер, но бродяга был так увлечен внезапно свалившимся на него богатством, что перестал замечать что-либо кругом.
Джаспер кивнул Винки, и они украдкой попятились, а затем, оказавшись на безопасном расстоянии от Шнырра Шнорринга, развернулись и двинулись вдоль стены лечебницы дальше по Вишневой улице.
За их спиной раздался разъяренный возглас:
– Даже не суй свой нос, Венди! Это мои денежки! Не пускай на них слюни!
Джаспер обернулся: Шнырр Шнорринг грозил кулаком статуе.
– Откуда у тебя столько деньжищ? – спросил Винки.
Джаспер вздохнул:
– Долго копил на гарпунный пистолет, как у мистера Суона. Всякий раз, как дядюшка посылает меня на почту или в какую-то лавку, я забираю себе фунт. Мы давно с ним в этом условились: он считает, что фунт – это намного меньше, чем пришлось бы потратить ему самому на кеб до почты и обратно. Само собой, он сглупил: я бы и так ходил на почту – мне нравится главпочтамт. Но о гарпунном пистолете можно забыть – это не расследование, а какое-то разорение!
– Эх, жаль, что ты отдал все свои деньги гадкому Шнырру.
– Все? – Джаспер хмыкнул и подмигнул Винки. – У меня ведь есть и второй носок.
– Так что, мы идем к каналу искать этого Финлоу?
Джаспер покачал головой.
– Сперва нужно кое-куда зайти и кое-что купить.
– Что купить?
– Оружие, Винки. Нам нужно раздобыть оружие против монстра.
***
Канал Брилли-Моу местные называли Подметкой, и неслучайно – чистым он не бывал никогда, грязными комьями на него тут и там налипли настолько же заваленные мусором, как и сам берег, баржи.
Берег канала и прежде был местом довольно неприятным: меж кучами мусора примостились настолько жалкие лачуги, что язык не повернулся бы назвать их домами, множество труб исходили гарью и чадом, а что уж говорить о сугубо канальной вони. Но сейчас, когда уже начало темнеть, а дождь усилился, тяжело было просто представить во всем Тремпл-Толл что-то менее уютное.
Кое-где зажгли фонари, но света они давали немного, стуку дождя по дощатым крышам подыгрывали нетрезвые крики чаек, порой откуда-то издалека доносился лязг: кто-то будто бы волочил по берегу ржавый буксир.
Когда прямо из-под ноги Джаспера юркнуло костлявое серое существо, он дернулся и проворчал:
– Еще одна крыса! Уже третья! Расхаживают здесь как ни в чем не бывало, хотя рядом находится Логово! Интересно, а в Братстве крысоловов знают, что эти хвостатые уже подобрались почти к самому их дому?
Винки вернул на макушку сползшую было кепку.
– Кажется, это была не крыса, а помойный глот.
– Что еще за глот?
– Они живут у канала и любят трущобы. Похожи на кошек, но это не кошки. Глоты вкусные. Вкуснее крыс.
Джаспер подумал и кивнул. Любой другой мальчишка, у которого есть экономка, также исполняющая обязанности кухарки, на его месте уж точно бы поморщился, но даже крысы, в понимании Джаспера, были не худшей едой. Худшей была тушеная капуста… Уж он предпочел бы тушеную крысу, но хорошо вымытую и как следует приправленную. Джаспер считал, что даже крыса, вышедшая с кухни миссис Трикк (не сама вышедшая, а на блюде) стала бы очередным кулинарным шедевром в сравнении с гадкой, мерзкой, бурой, слипшейся тушеной капустой, которую экономка готовит намеренно невкусно, потому что она очень коварная женщина…
И хуже всего – в этом Джаспер ни на мгновение не сомневался – его вскоре ждет очень много тушеной капусты, учитывая, что он устроил: недостриг розовый куст, нарушил данное дядюшке слово, сбежал из дома, ввязался в очередную тайну…
Они с Винки шли по берегу, шлепая башмаками по грязи. Одежда их промокла, и с виду мальчишки походили на двух помойных глотов. Джаспер к тому же волочил на спине еще и мешок и отчаянно надеялся, что его содержимое не испортится из-за дождя.
Винки был бледен и постоянно шморгал носом. Джаспер знал, что он боится. Сам племянник доктора Доу старался, как однажды сказал дядюшка, держать себя в рамках трезвых опасений, хоть и не совсем понимал, что это должно значить. Как можно держать себя или опасения в рамках, когда страх это не кран, который можно с легкостью в любой момент прикрутить?
Дело, которое они задумали, было не просто рискованным. Успех висел на тонкой ниточке паутины, шансов на провал было больше – Джаспер держал себя в рамках понимания этого.
