Таким резервом к ноябрю девяносто шестого в Камской области могли стать жители местного угольного бассейна. Бассейн стал убыточным еще с восьмидесятых годов. Экономически убогое «плановое» ценообразование с трудом, но создавало иллюзию его дееспособности. Рыночная экономика быстро поставила трагический диагноз: шахты Прикамья и нескольких других регионов гуманнее и дешевле похоронить, чем лечить. В 1993 году при поддержке Мирового банка была запущена федеральная Программа реструктуризации угольной промышленности. Ее целями было цивилизованное, без ущерба для окружающей среды, закрытие угольных предприятий и, главное, трудоустройство их работников.
При всей напряженности отношений губернатора и спикера, решением этих задач они занимались вместе и активно, но рекламировать свое участие не спешили. До последнего времени не было ясно, чем завершится эта затея: славой или позором. Но сейчас стали видны первые позитивные результаты Программы: большую часть шахтеров приютила калийная промышленность, а деньги на покупку ими жилья в других городах довольно исправно давала Москва. Теперь, когда у реструктуризации появился чуть уловимый аромат успеха, для каждого из соперников наступило самое время обозначить к ней свое отцовство. И, если сойдутся звезды, снискать признательность довольно многочисленного сообщества шахтеров и их семей. Особенно той части, что голосует на выборах.
Повод показать себя в лучшем виде появился 30 октября, когда федеральное Министерство экономики решило провести в Углекамске всероссийское совещание, посвященное первым итогам реализации Программы.
Большинство участников совещания из камского аэропорта поехали в Углекамск автобусной колонной в сопровождении ГАИ. Высокие гости в лице двух заместителей федеральных министров и четырех директоров департаментов полетели вертолетом Ми-8, арендованным у газовиков. Хозяева были представлены на самом высоком уровне: Дьяков и Скачко. Вместе с помощниками на борту было десять пассажиров.
Местом посадки заранее определили площадку рядом с горнолыжной базой, расположенной в восьми километрах от Углекамска. В рамках Программы создавался горнолыжный курорт на четыреста рабочих мест. С его осмотра должна была начаться рабочая часть совещания.
Вертолет начал снижаться. Солнце подсвечивало склоны гор, покрытые лесом. Были видны проложенные на них трассы, нитки подъемников. Помощник заместителя министра достал фотоаппарат, встал рядом с дверцей вертолета и стал снимать через окно. Повернувшись в сторону хозяев, он что-то спросил. Шум двигателя заглушил вопрос, но не оставил его без внимания гостеприимных хозяев. Губернатор и спикер почти одновременно отстегнулись и стали осторожно передвигаться к фотографу. В этот момент на высоте пяти метров сильнейший порыв ветра завалил вертолет набок. Произошло то, что на языке официальных документов называется «жесткая посадка». Мало того, что вся тройка непристегнутых пассажиров скатилась от двери к противоположному борту и с силой протаранила его. Так еще сверху и сбоку на них посыпался багаж, размещенный в хвостовой части и под сиденьями, в том числе солидный по весу проектор в дюралевом чемодане.
Когда, спустя четыре часа, заместитель министра открыл совещание, все три участника фотосъемки лежали в местной больнице с перевязанными головами и в гипсе. У Дьякова был открытый перелом правой ноги, у Скачко – закрытый левой, у помощника оказалась упакованной правая рука.
Небольшой городок металлургов и электротехников Лосьва был малой родиной экс-сенатора, а ныне кандидата в губернаторы Валентина Серова. Человек он был здравый и понимал, что три года назад выборы в Совет Федерации он выиграл случайно. Благодаря не столько собственным достижениям, сколько промахам Атаманова.
С первых же дней губернаторской гонки Серов не питал иллюзий, что чудо повторится, поэтому сразу поставил себе две реальные задачи. Решение первой предполагало завоевание в первом туре третьего места и последующую поддержку будущего губернатора. Не бескорыстно, а за престижную и хлебную должность в его команде. Лучше бы вице-губернатора по управлению государственным имуществом. Но если не сложится, то на ступеньку ниже: председателя областного фонда имущества. Второй, сугубо платонической задачей было набрать больше всех голосов в родной Лосьве.
Решая обе задачи, Серов добросовестно тянул предвыборную лямку: встречался с избирателями, выступал в тех СМИ, рекламные площади и время в которых оплачивала избирательная комиссия. В меру, для порядка поругивал своих соперников – и сильных, и слабых. И чаще, чем где-либо, бывал в Лосьве, совмещая полезное с приятным. Приятными были встречи с родителями и душевные застолья с друзьями-товарищами, которых на родине осталось немало.