Вместо того чтобы врезать ей от души, обиженный супруг на следующее утро зашел на совещание по итогам года в районном общественном питании, где солировал председатель райисполкома, при всех отвесил ему пощечину, обозвал блудливым козлом и пообещал «смешать с говном».
Жена председателя к предложенной ей свободе тоже отнеслась негативно. В обком поступило ее заявление, в котором она детально описала не только низкий моральный облик своего супруга, но и его подозрительные связи с «торгашами».
Первый секретарь Левобережного райкома своему споткнувшемуся коллеге сложившуюся ситуацию обрисовал всего тремя словами:
– Прокололся, суши весла.
После этого председатель подал заявление об освобождении от должности «по собственному желанию», получил партийный «выговор с занесением» и был отправлен командовать районной базой промтоваров.
На вакантное место был определен один из его заместителей – Александр Игоревич Дьяков.
Хотя он поднялся всего лишь на очередную ступеньку карьерной лестницы, ступенька была немалой высоты. До этого он был одним из нескольких «вторых». Теперь стал единственным «первым». На довольно приличной по площади территории, где жили и работали почти четверть миллиона человек, он имел право произнести свой любимый лозунг: «Никого впереди!».
Если судить строго, то кроме райисполкома на том же участке суши, метр в метр, был еще райком КПСС. Его первый секретарь был главнее. К тому же в Левобережном районе жили многие руководители области и города, генеральские папахи которых были повыше, чем у Дьякова. Но все это были детали.
Повышение оказалось для Дьякова внеплановым и потому неожиданным. Это обстоятельство усилило актуальность уже усвоенной Дьяковым аппаратной мудрости: завоевав новую высоту, думай не о том, как покорить следующую, а как закрепиться на этой.
То, что в глазах руководства Дьяков смотрится неплохо, подтверждал выбор именно его из трех имеющихся заместителей. Теперь следовало, как говорится, «оправдать доверие». Но кроме «вышестоящих товарищей» (это не обсуждалось) требовалось занять достойное место среди людей, статус которых определить было довольно сложно. Это был так называемый «хозяйственный актив». Директора заводов, строительных трестов, НИИ и КБ, ректоры вузов, главные режиссеры театров, главные врачи клиник.
С одной стороны, «хозяйство» каждого находилось на территории его района, и поэтому порой им приходилось предстать перед председателем в качестве просителя. Но у некоторых из них на работе, а то и дома, стояли телефонные аппараты спецсвязи с министрами, с ЦК КПСС. На его рабочем столе подобный телефон с союзным гербом на диске отсутствовал.
Свое детское и уважительное прозвище Деловой Дьяков заработал, придерживаясь интуитивно установленных им трех правил: имей то, чего нет у других; делись им, но не задаром; делая добро, не скромничай.
Что такое имелось в его распоряжении, чего не хватало у этих «заслуженных» и «орденоносных», имеющих доступ к первым людям страны?
Прежде всего, земля. Хоть на расширение производства, хоть для личного гаража. От него зависело, дойдет ли новая теплотрасса, нитка водопровода или канализации до стены конкретного завода, или задумчиво остановится метров за триста. А если и дойдет, то позволим ли мы этому заводу с его сбросами, полными тяжелых металлов и токсичных смол, напрямую подключиться к городской канализации? Можно благосклонно разрешить, можно поставить ультиматум: стройте собственные очистные сооружения.
Старое правило «делись, но не задаром» на новом поприще становилось еще более актуальным. Председатель райисполкома не только обладал, но и нуждался. Во многом и в больших количествах. В жилье для учителей, врачей, коммунальщиков. В автотранспорте, в технике и в рабочих руках, от которых зависела уборка территории района, борьба зимой со снежными заносами, а летом с мусором. В продуктах и товарах для своих районных магазинов и столовых.
Директора крупных предприятий, подчиненные солидным министерствам – ракетному, авиастроения, металлургии, железнодорожному, речного транспорта – всем этим не были обделены. И кое-что отщипнуть ему они были обязаны. Например, долю вновь вводимого жилья. Но всё, что сверх доли, только в порядке деловой взаимности. Ну, и немного по любви. Только любовь эту надо было завоевать.
Для чего требовалось следовать третьему правилу счастливого детства: не скромничай, покажи свой товар в полной красе.
Исполнить задуманное было непросто. По статусу районный председатель был парнем «деревенским». А девушки, которых предстояло ему очаровывать, были мало того, что городские, но и столичные. Избалованные вниманием московского министерского «папы» и здешнего обкомовского «дяди». Таких в темном уголке силой не прижмешь, их надо брать лаской, личным обаянием. Но и не прогибаться перед ними, что означало бы потерю собственного лица.
Мысли о том, как вести себя с директорским корпусом, у Дьякова возникли еще в бытность работы заместителем. Но это была теория. Теперь появилась возможность проверить ее на практике.