Домой Игнасио Абель вернулся уже на закате, безуспешно посетив народный дом и кафе «Дион», где он надеялся застать Негрина (но ему сообщили, что тот так и не вернулся из Сьерры, и кто-то в очередной раз пересказал слухи, что очень скоро будет сформи ровано новое правительство, в котором Негрин совершенно точно станет министром). Дверь в квартиру он открывал, чуть не падая с ног от усталости. В квартире его ждала сеньорита Россман — все в той же позе, будто не сдвинувшись с того места, где он оставил ее утром, все так же сидела в пустой столовой перед нетронутым стаканом воды на краешке стула, сдвинув острые коленки, сложив руки, и наблюдала за клонившимся к закату солнцем через открытый балкон, откуда в дом лился уличный шум, свист стрижей и далекие звуки то ли выстрелов, то ли кашля моторов. У него были заготовлены внушающие надежду фразы: он-де запустил некие процессы в разных правительственных кабинетах и они, без сомнения, принесут результат. Потом он предложил проводить сеньориту Россман в пансион, если, конечно, она не пожелает остаться у него хотя бы на эту ночь: спален в доме более чем достаточно. Сеньорита Россман слегка зарделась, отказываясь от этого предложения: благодаря новой работе у нее есть пропуск, позволяющий без всякого риска перемещаться по Мадриду, к тому же она еще успевает вернуться домой засветло.
— Не беспокойтесь, — сказал Игнасио Абель, улавливая в собственном голосе отсутствие убежденности. — Не думаю, что все настолько серьезно.
— А вам удалось узнать, где он?
Прежде чем ответить, он окинул ее взглядом, подбирая уместный тон, чтобы отрицательный ответ не произвел гнетущего впечатления.
— Вы же знаете, что при нынешнем положении дел все довольно непросто. По меньшей мере есть уверенность, что ваш отец не оказался в руках тех, кто никому не подконтролен. Весьма влиятельные люди заверили меня, что будут приложены все усилия, чтобы его разыскать. Не забывайте, что ваш отец — знаменитость мирового масштаба.
— Гарсия Лорка тоже был знаменитостью.
— Да, но Лорку убили те, которые на другой стороне. Это совсем другое дело.
