— В поисках! — защищается Игорь. — Вы за меня не идете, а другие мне не нравятся. — Варьку Макс экспроприировал еще восемнадцать лет назад. Лерка мне в третьем классе отказала. Мы же с Вовкой из-за нее подрались по-настоящему. Она никого не выбрала, хотя победил я. Больше просить не буду — я гордый!
Мы смеемся, а Игорь добавляет шепотом:
— А Сашку я вообще боюсь! У меня сашкофобия! Ей бы армией командовать, а не мужем!
— Я всё слышу! — ворчит довольная Сашка. — Зато я прекрасная мать!
— Кстати, о матери, — радуется подсказке Варька. — Ричард Львиное Сердце был маменькиным сынком. Свою мать он брал с собой даже в Крестовый поход.
— Вот! — в смехе Игоря грусть. — У меня матерей целых две! Боюсь, не просто со свечкой возле брачного ложа стоять будут, а инструктажем молодую жену замучают. Вдруг она меня слишком крепко обнимет? Или, не дай бог, поцарапает?
— Дурачок! — целует Игоря в кончик носа Варька. — Две матери — и обе возле тебя. Что может быть лучше?
Мы некоторое время молчим, вспоминая печальную историю о Варькиной матери, которая оставила и ее, и младшую дочь Машу, по прозвищу Мышильда, отцу и приемной матери Рите.
— Невского канонизировали, — тихо продолжает Варька. — Он человек твердой веры. От католичества несколько раз отказался, несмотря на материальную выгоду. В самой Золотой Орде умудрился организовать православную епархию. И ни одного сражения не проиграл, как и Македонский, и Суворов. Кстати…
Варька вскакивает со скамьи и, оживившись, говорит, сверкая зелеными глазами:
— Суворов любил устраивать женитьбу своих крепостных крестьян, выстраивал их в шеренгу по росту, затем приказывал: «Сойтись!» и лично венчал образованные пары. Это же ужас какой-то! Представляете, если бы нас по росту распределить?!
— Да уж, — ворчит Сашка, допивая коктейль. — Тогда Лерка досталась бы Максу, Ты, Варька, — Игорю, а я — Вовке.
На словах «Варька — Игорю» наш друг вздрагивает и даже мотает головой. Осуждающе смотрю на Сашку, она досадливо морщится, виновато моргая.
— Десерт? — меняет тему Игорь, и мы уходим в дом.
После чая хозяин деликатно оставляет нас одних, уезжая по делам и напутствуя:
— Девочки! Дом охраняется как Форт-Нокс! Ничего не бойтесь! Главный — Савелий. Если что — звоните мне или Максу.
Савелием оказывается тот самый мужчина, который помог мне улизнуть из аптеки.
— Оружие оставишь? — серьезно спрашивает Сашка, но долго хранить серьезность у нее не получается, и она фыркает.
— Да, оставлю, — тут же соглашается Игорь. — Тебе, Сашка, сковородка. Варьке скалка. Лерке…
— Лерка будет стрелять глазами! — перебивает его Сашка. — Очередями!
На ночь нам приготовили три отдельные спальни, но девчонки пришли спать ко мне.
— Леруся, — аккуратно начинает разговор Варька, когда мы втроем укладываемся в одну постель. — Мне не дают покоя эти два года, что Верещагин наблюдал за тобой. Мне кажется это очень важным.
— Согласна с Варькой! — задумывается и Сашка. — Ощущение, что Верещагин отложил месть на два года, когда тебя увидел.
— Он сказал мне, что нанял частного детектива. Потом получил первые фото и видео и не смог удержаться — начал наблюдать за мною сам, — рассказываю я подругам.
— Вот! — «адвокат» Верещагина Варвара Быстрова радуется, как ребенок. — Это его, несомненно, оправдывает.
— Опомнись, Варька! — злится Сашка. — Незаконно организовал женитьбу, отца чем-то запугивает и шантажирует, всё забрать собирается. Да еще на совместном проживании настаивает. Душка, а не мужчина!
— Мне кажется, что любой мужчина, который может заполучить Лерку, будет настаивать на этом самом проживании, — смеется Варька. — Драконит мужика: и мстить надо, всё-таки смерть отца, предательство отцовских друзей и даже собственной матери, а между местью и совестью — Лерка.
— Вообще-то, тебе, Лерка, такой сильный мужчина и нужен! — выносит вердикт Сашка. — Слабаку и добряку с тобой не справиться! И самому завоевывать надо, и от посягателей извне защищать! Мало, кто справится!
Горячую речь Сашки прерывает телефонный звонок. Варьке звонит муж. Она хватает трубку.
— Варежка! — голос Максима слышен и без громкой связи. — Как ты, любимая?
— Всё хорошо! — радостно отвечает Варька, нажимая на кнопку громкой связи. — Охраняем Лерку в доме Игоря. Ты же в курсе?
— В курсе! — усмехается Максим. — Переживаю за вас. Вылетаю в Москву через сутки. Скоро увидимся! Девчонкам привет и поцелуи!
— Ага! Сейчас! — возражает ревнивая Варька, хитро улыбнувшись. — Обойдутся приветом!
Мы с Сашкой переглядываемся: не будем потакать Варькиным тараканам.
— Не обойдемся, Максик! — вопит Сашка, вырывая трубку у Варьки. — Она с Игорем целовалась. Три раза. Я свидетель!
— Убью обоих! — шутливо рычит Максим Быстров. — Нет. Жданова убью. Ее засужу. Приговорю к пожизненному сроку со мной. Без права досрочного освобождения.
— Ура! — радуется Варька. — Я согласна!
— Люблю тебя, Варежка! Скоро буду! — обещает Максим и отключается.
— Кстати, — вспоминаю я. — Когда этот Савелий в аптеку зашел и с собой позвал, я растерялась и думаю, от кого он. Вдруг не от Игоря. А Савелий мне — «чертова варежка».
