— Совершенно верно, — господин Кетерджин улыбался до такой степени ослепительно, что у Сарефа в Системном окне даже возникло сообщение, напоминающее о том, что у него Иммунитет к убеждению типа Очарование. Мало того, господин Кетерджин, на мгновение взглянувший на Сарефа, тоже понял, что конкретно он, Сареф, дал его навыкам неожиданный отпор, — я живу для того, чтобы помогать другим… за скромную оплату своих услуг, разумеется.
— Ну что же, — пожал плечами Ансильяш, — давайте посмотрим, как велика будет ваша помощь — и как скромна окажется ваша плата.
— Моя помощь будет достаточно незаметной, чтобы не потревожить даже фиолетовую категорию безопасности — и при этом достаточно весомой, чтобы у вашего Чемпиона появилась возможность реально удивить своего соперника, — невероятно учтивым голосом проговорил Кетерджин, — только сегодня. И только для вас. 2 Средних Пункта Развития.
С этими словами Кетерджин выложил на стол коробку, в которой лежало два мерцающих персика.
— И какова же скромная цена за эту помощь? — поинтересовался Ансильяш.
— 10000 золотых, — ослепительно улыбаясь, сказал Кетерджин.
— Вы, должно быть, шутите, — возмутился Кагиараш, — такие огромные траты… мы не можем достать такую сумму из воздуха за несколько секунд!
— Я всё прекрасно понимаю, но поймите и вы, — на лице Кетерджина возникло искреннее раскаяние, — здесь находится 8 Чемпионов. Каждый из них дорого готов заплатить за шанс, который выпадает один раз в жизни. И, я надеюсь, вы цените то, что я сначала пришёл с этим предложением к вам. Потому что мы до этого уже не раз плодотворно сотрудничали.
Сареф же прекрасно понимал всю подоплёку происходящего. Сейчас 7 точно таких же представителей окучивали Дома, Кланы и Ханства, Чемпионы которых остались в Состязаниях. Почти наверняка хозяин этого человека — Теневой Символ. А с учётом того, что и Йохалле отлично знает Кетерджина, его хозяином может быть только Красный Папочка. Которому Сареф нехотя отдавал должное: в отличие от многих иных тёмных эльфов этот Теневой Символ не страдал расовыми предрассудками, раз уж на него работал человек.
— И да, — слегка хлопнув себя по лбу, сказал Кетерджин, — я, вероятно, неточно выразился.
В этот момент на лицах стревлогов Сареф увидел нечто такое, что заставило его кардинально переменить своё отношение ко всему, что с ним происходило в этом доме. На лицах Старших стревлогов появилось затравленное унижение. Они прекрасно знали, что этот человек их грабит, пользуясь их положением. И они всё равно это стерпят и заплатят столько, сколько им скажут. И, если учитывать, что именно этого они постоянно подспудно ждали от Сарефа — становилось понятно, почему они всё время были так злы и раздражены. И, вместе с тем… Сареф уже не мог просто так стоять в стороне…
Разумеется, Сареф понимал, что говорить о какой-то там чести, достоинстве, совести такому, как Кетерджин — бесполезно. Это торговец, который пришёл сюда зарабатывать деньги. Поэтому Сареф собирался сделать то единственное, что могло выбить почву из-под ног у такого человека: он собирался просто обнулить ценность предлагаемой им сделки.
— У меня есть для вас предложение получше, господа Старшие, — мягко сказал Сареф, подходя к столу, — вы можете получить те же самые два Пункта Развития от меня. Просто так. В качестве жеста доброй воли.
С этими словами он, ослепительно улыбаясь, извлёк из Системного Инвентаря Янтарное Яблоко и положил его рядом с Пунктами Развития Кетерджина. В тот момент, когда торговец увидел эту вещь, улыбка сползла с его лица, словно тающий воск, и на мгновение его перекосило от злости и удивления.
— С вами всё в порядке? — учтиво поинтересовался Сареф, — вы выглядите удивлённым… Я бы даже сказал — ошарашенным.
— Нечасто видишь подобные редкости, — Кетерджин всё же совладал со своим лицом и улыбнулся, — и, уж тем более, нечасто видишь, как их просто так раздают, хотя могли бы заработать на этом…
— Хорошее отношение стревлогов стоит больше, чем вам кажется, — мягко перебил его Сареф. И после этих слов он буквально кожей почувствовал, как ситуация в комнате изменилась. Старшие стревлоги смотрели на него с удивлением… и даже крошечным отголоском благодарности. Потому что, вероятно, про них уже очень давно никто так не говорил.
— Возможно, вы правы, Сареф, — сдержанно ответил торговец, — но я — скромный торговец, и жить я должен на заработанные деньги, а не на хорошее отношение.
— Да будет вам скромничать, — не менее любезно ответил Сареф, — репутация имеет значение
С раздражением посмотрев на Сарефа, Кетерджин понял, что просто срубить здесь лёгких денег не получится. Поэтому ловко зашёл с другого бока.
