– После урока имеешь…
Веселее всех смеялся Славик.
Но скоро очередь дошла и до Славика. Он уже приготовился к разбегу, когда услышал мстительный шёпот Серёги:
– Слабо не прыгнуть, слабо… Тебе же всё равно, ты никого не боишься.
– От слабака слышу, – ответил Славик, не оборачиваясь.
– Барышев, мы долго будем ждать? – крикнул физкультурник от стоек.
– Долго, – ответил Славик.
– Что? – переспросил физкультурник, думая, что ослышался.
– Я не буду прыгать.
– Почему?
– Не хочу.
– Тогда иди за дверь.
И Славик направился к двери. Он шёл, чувствуя на своей спине восхищённые взгляды. Но когда он прикрыл дверь и заглянул в щёлку, то увидел, что прыжки продолжаются как ни в чём не бывало, и Славик впервые в жизни подумал о том, что люди мало ценят своих героев.
Впрочем, Славик не собирался геройствовать в одиночку. Когда приготовился прыгать Юрка, Славик сложил губы трубочкой, втиснул их в щель и прогудел:
– Карась – трус…
Юрка вздрогнул. Он хорошо помнил уговор. Но почему по этому уговору он не должен прыгать? Ему хотелось прыгать, потому что он умел это делать. И всё же больше всего Юрке не хотелось быть трусом. Он давно уже устал быть трусом.
Юрка застыл на месте, переминаясь с ноги на ногу.
– Ну, Карасик…
Юрка стоял.
– Высота мала? Потом поднимем.
Но Юрка думал сейчас о другой высоте.
– Не мала.
– Так прыгай, не задерживай других.
Юрка отошёл в сторону.
– В чём дело, Карасик? У тебя нога болит?
– Не болит.
– Так в чём же дело?
– Я не хочу прыгать.
Физкультурник любил Юрку, но раздумывал он недолго. Он не знал, что сейчас происходило с Карасиком, но знал, что всегда должен поступать справедливо.
– За дверь.
Юрка вышел, не ощущая ни радости, ни гордости от своей смелости.
– Ну чего ты ко мне пристал?! – с раздражением сказал он Славику.
– А что, я тут один должен стоять?
– А почему я должен всё делать, как ты?
– Мы же уговорились…
– А если уговорились, так иди и ты жить к бабушке. Сам-то дома живёшь.
– А у меня нет бабушки, – беспечно сказал Славик. – Я бы запросто пошёл. Я ведь не такой трусливый…
– Когда я струсил?! – возмутился Юрка. – Я всё для вас делаю. Не хочу даже, а всё равно делаю! И меня ещё обзывают! Ты уж больно храбрый – через верёвочку побоялся прыгнуть!
– Я не боялся, а не хотел, – холодно сказал Славик.
– А я хотел!
– Ну и прыгал бы, кто тебе мешал?
– Ты! – сказал Юрка.
Юрка со Славиком давно считались друзьями. Так думали все. Да и они привыкли так думать. Тянулась их дружба из класса в класс, но если спросить любого из них, почему они дружат, вряд ли кто-нибудь смог бы ответить. Ну, вместе приходят… Вместе уходят… Иногда ссорятся, но никогда не дерутся. Разве этого мало? Что ещё надо? Ещё недавно Юрка не задумывался над этим. И только сейчас, стоя у двери спортзала, Юрка подумал, что в дружбе этой чего-то не хватает. Он чувствовал себя правым в споре со Славиком. Но Славик не мог его понять. И Юрка смутно ощущал: не в том, что не мог, а в том, что не хотел понять, – главная вина Славика.
Юрка и Славик не успели рассориться окончательно. Дверь отворилась – и из спортзала вышла Галка.
Славик обрадовался.
– Видал? – сказал он Юрке. – Её небось уговаривать не надо! Только тебя всегда надо уговаривать.
Но и у Галки вид был далеко не геройский.
– А ты зачем ушла? – спросил Юрка. – Тебя же никто не просил!
– Ну да, потом сами бы сказали, что я предательница.
– Никто бы ничего тебе не сказал!
– Ты за других не говори, – возразил Славик. – Ведь это она всё придумала.
– А я и не говорю, что не я придумала, – хмуро сказала Галка. – Пойдём в класс, чего тут стоять.
Придя в класс, ребята увидели там Майю Владимировну. Она сидела за столом, перед ней лежали две стопки тетрадей.
– С физкультуры выгнали? – спросила Майя Владимировна.
– С физкультуры, – ответил Славик.
– По той же причине?
– По той же, – откровенно ответил Славик.
– Ну а дальше что? Так и будем жить?
Никто ей не ответил.
– Трудно вам придётся, ребята, – сказала Майя Владимировна.
И опять никто не ответил.
– Главное, что трудности-то все ненужные.
Юрка был согласен с Майей Владимировной. Ему даже казалось, что и Галка сейчас не стала спорить. Только у Славика был такой вид, будто он знал что-то, чего не знали другие.
– Ну что ж, молчите, если вам хочется, – сказала Майя Владимировна. – Набирайтесь терпения, молчать вам придётся долго. Я сказала всем учителям, они вас спрашивать не будут. С родителями вашими я тоже поговорила. Оказывается, вы на самом деле стойкие люди.
– Когда вы говорили? – не вытерпел Юрка.
– Сегодня. Как раз твоей мамы, Юра, я не застала. Она сегодня в утреннюю смену работает.
– А с моей мамой разговаривали? – спросила Галка.
– Да.
Снова наступило молчание. Майя Владимировна взглянула на Славика, словно ожидая, что и он сейчас спросит. Но Славик ничего не спросил.
– Ну ладно, – сказала Майя Владимировна. – Вы про поход уже знаете? Вам ребята сказали?
– Нет, не говорили, – ответил Юрка.
– Позавчера было собрание, на которое вы не остались. На нём решили провести летом двухнедельный поход на лодках по Карельскому перешейку. И на том же собрании решили вас в поход не брать – всех троих.
