Глубоко вздохнув, она сложила пушечные ядра на кусок полотна вместе с канистрой дьявольской руды и упаковала все в аккуратный узел. Засунув оставшийся отдельный сверток в складки одежды, она выбежала из мастерской, чтобы догнать остальных.
Повозки довезли их до окраины города, где заканчивался восточный канал и городской пейзаж сменяли обширные луга. Участок земли, по периметру отгороженный от посторонних глаз высоким забором, служил для Восьми Знамен полигоном. Стражи Ордена проверили повозки на въезде, и девятнадцать взволнованных кандидатов сошли на землю, нежно прижимая к груди свои драгоценные проекты.
К удивлению Инь, на тренировочной площадке ее уже ждала знакомая фигура, нетерпеливо вышагивающая в своей гильдейской форме. Увидев ее, он расплылся в улыбке и помахал рукой.
– Что ты здесь делаешь? – спросила Инь, подойдя к четырнадцатому принцу. – Ты все-таки сдаешь экзамен?
Е-кань радостно кивнул.
– Я три дня умолял матушку, и наконец она дала позволение. Но она поставила условие: сразу после окончания испытания я должен вернуться во дворец, потому что я должен дежурить у постели отца. Кроме того, мне не разрешат вступить в Гильдию, даже если я пройду испытание, – сказал он, скорчив рожу.
Инь нахмурилась.
– Верховный главнокомандующий… он серьезно ранен?
Е-кань опять скорчил гримасу, имитируя официальный тон.
– Лекари дворца сделали все, что могли, и говорят, что при достаточном отдыхе он поправится, но это если он сохранит самообладание и не даст эмоциям выйти из-под контроля. – Он понизил голос. – Отец далеко не в лучшей форме. Кампания приняла неудачный оборот, и нам пришлось отступить. Потери гораздо серьезнее, чем мы предполагали. – После небольшой паузы он добавил: – Бейлы должны вернуться с остальным войском сегодня или завтра.
Он ждал реакции Инь, но она сохраняла невозмутимость, притворяясь, что местонахождение Е-яна ее абсолютно не волнует.
Позади мастер Гэжэнь начал перекличку. Инь поспешила занять свое место, стараясь выбросить из головы все, что только что услышала. Сейчас ей нужно было сосредоточиться на задании – и на том, что случится потом.
Старший подмастерье обошел всех, собирая эскизы, и исчез вместе с ними.
– Доброе утро, – поприветствовал Гэжэнь. – Без лишних проволочек приступаем к сегодняшнему экзамену. В назначенное время вы испытаете свои модели, а мастера Гильдии оценят вас, исходя из полезности и эффективности того, что вы создали. Для демонстрации вы можете использовать любое оборудование, имеющееся на этом полигоне. – Он жестом указал на стеллаж со стандартным вооружением, в том числе и пушкой, сурово стоящей в стороне. – Все ясно?
Раздался дружный хор согласия, и ударил гонг, возвещая о начале финального испытания.
Затем земля завибрировала – и вдруг пошла трещиной.
Двадцать кандидатов в ужасе смотрели, как почва разверзается у их ног, словно распахивается гигантский люк, открывая зияющую черную пустоту, в которой мог бы легко поместиться небольшой дирижабль. Инь крепче прижала к груди свое творение; в ожидании
Кое-кто начал пятиться, остальные продолжали стоять, дрожа с головы до ног.
Громовой раскат потряс воздух.
Кто-то закричал.
А потом они увидели это. Из отверстия в земле вырывалась река золота. Змеевидное тело вздымалось мощными волнами, поднимаясь в небо. Инь порывисто втянула воздух, потрясенная ужасающей красотой существа.
Это был дракон.
В отличие от химер, которые были живыми, дышащими животными, украшенными механическими деталями, этот дракон полностью был творением рук человеческих, с чешуей, выкованной из золота, зубами и когтями, сверкающими, как полированная сталь.
Он гордо парил над кандидатами, перебегая взглядом с одного на другого; глаза из обсидиана бешено вращались в бронзовых глазницах.
– Ка Хань, сохрани нас, – прошептал кто-то. Та же молитва звучала сейчас в голове каждого.
Когда они услышали, что на финальном экзамене им предстоит «убить дракона», никто и думать не мог, что это надо будет сделать в буквальном смысле слова. Как нанести хоть одну царапину неуязвимой машине?
Ань-си первым бросился в бой. Стиснув зубы, он быстро размотал ткань и вытащил из продолговатого свертка набор цилиндрических медных трубок, похожих на фейерверки, которые аньтажаньцы запускали по праздникам. Он подбежал к свободному месту и, присев на корточки, нацелил первый цилиндр на тело дракона. Трясущимися пальцами он ударил по кремню и поджег фитиль в задней части трубки, затем воткнул все это в землю и, спотыкаясь, отступил на несколько шагов, прижав к ушам руки.
Раздался оглушительный взрыв, и вся конструкция полетела в сторону парящего над землей чудовища. В середине полета из трубки вылетело что-то серебристое, похожее на заостренный наконечник копья. В глаза Инь ударил отраженный от снаряда солнечный луч, она моргнула, и в тот же миг тело дракона сильно дернулось.
Из верхней части его туловища торчал серебряный стержень, застрявший между двумя пластинами чешуи.
