Эти игрушки были чем-то невероятным. Согласно громким заявлениям на коробке, миниатюрные человечки могли сидеть, стрелять, прыгать, бегать, ползать, драться, управлять различными средствами передвижения. Демонстрационный показ-сценарий, представленный на полке лавки игрушек, подтверждал все написанное. Джаспер так и видел, как выходит из лавки с коробкой «Приключения Элиас». Он поглядел на бирку с ценником и обомлел – дядюшка смог бы ему купить такой набор, только если вылечит половину города – и не в бедняцком Тремпл-Толл…
Лавка игрушек «Тио-Тио» на углу Хартвью и Флеппин была известным местом – дети со всего города мечтали поселиться здесь навсегда. В залах «Игрушки для мальчиков» и «Игрушки для девочек» звучали задорные карнавальные мелодии. Куклы, плюшевые медведи, набитые ватой обезьянки и вельветовые рыбы стояли на полках, свисали из-под потолка, громоздились в сундуках. По общему залу летали заводные дирижабли и механические мотыльки. Через все помещение проходила игрушечная железная дорога, и по ней неустанно ездил красный с золотым поезд.
Заведовала всем этим богатством счастливейшая из всех людей (по наивному детскому мнению), миссис Фрункель.
Миссис Фрункель в своем полосатом переднике стояла за стойкой и глядела на топчущихся тут же мальчиков и девочек, щурясь так, что ее глаза практически исчезли под створками век; порой она резко приставляла к глазам лорнет на витиеватой серебряной ручке. Каким-то неведомым образом эта женщина всегда с ходу определяла, хорошо ли вел себя ребенок, – плохо воспитанные дети не только не обслуживались, но и с позором изгонялись из лавки, в то время как прочие дети громко смеялись им вслед и тыкали пальцами, когда миссис Фрункель звонила в Колокол Плохих Детей.
Маленькие посетители очень боялись строгую хозяйку лавки, многие не выдерживали ее пристального взгляда и сами предпочитали ретироваться, пока было не слишком поздно.
Сейчас же, словно насекомое под лупой, подвергался пристальному и дотошному изучению высокий джентльмен в цилиндре и пальто, сжимающий в руке черный саквояж.
– Натаниэль Доу? – Миссис Фрункель поморщилась, словно пыталась распробовать эти два слова на вкус, и они показались ей пересоленными. – Что-то не припомню этого имени. Вы, случайно, не брали себе другое имя?
– Нет, – со смесью возмущения и недоумения в голосе ответил доктор Доу.
– Вы в Габен приехали откуда-то? Может быть, из Уиллабета?
– Нет, я всю жизнь провел в Габене.
– С детства?
– Я здесь родился.
– Стра-а-анно. Очень стра-а-анно, – протянула миссис Фрункель. – Знаете, я помню имена всех детей в этом городе, которые когда-либо переступали порог моей лавки.
Доктор Доу поднял бровь, выражая сомнение, но миссис Фрункель лишь кивнула.
– Да-да! – заверила она. – Я помню всех мальчиков и девочек в Габене. Не только из Тремпл-Толл, но и из Старого центра, Набережных и Сонн, были даже те, кто покупал у меня игрушки, приехав из Фли. Я помню всех, абсолютно всех. Но вы…
– Мне не покупали игрушки, миссис Фрункель, – нехотя признался доктор Доу.
– Какой кошмар! – искренне ужаснулась хозяйка лавки. – Это просто возмутительно! Ну разве только, если вы плохо себя вели…
– Миссис Фрункель. Мы пришли, чтобы получить у вас кое-какие сведения, а вовсе не для того, чтобы становиться жертвами допроса.
– Это ваш сын? – проигнорировала его слова миссис Фрункель, глядя на подошедшего к стойке Джаспера – немыслимые для Саквояжного района цены и толпящиеся у полок богатенькие дети испортили ему настроение.
– Племянник, – уточнил доктор.
– А вот его я помню! Джаспер Трэверс!
Джаспер от этих слов помрачнел еще сильнее и сжал зубы.
– Сын Сирении и Роджера Трэверс, – добавила хозяйка лавки игрушек.
– Джаспер Доу, с определенных пор, – железным голосом проговорил Натаниэль Доу. – Но вы правы, это тот самый мальчик.
При одном упоминании родителей Джаспер, как это и бывало в подобных случаях, захотел отправиться в свою комнату и запереться там. Обстоятельства, после которых он стал жить с дядюшкой Натаниэлем, были весьма трагичными, и каждый раз так и не зажившие до конца раны раскрывались вновь, стоило кому-то упомянуть его родителей. Джаспер уже очень давно не слышал свою старую фамилию…
– Миссис Фрункель, – сказал тем временем доктор Доу, – мы пришли к вам, поскольку нас интересуют куклы.
– О, тогда вам нужно пройти в зал «Игрушек для девочек», у нас лучшая коллекция в городе.
– Речь идет о кукле по имени Миранда.
– О, Миранды! Дивные творения! – Хозяйка лавки с подозрением уставилась на посетителей. – И кому из вас они понадобились? Вряд ли мастеру Джасперу… – Она покосилась на доктора Доу, посчитав заинтересованность взрослого джентльмена в куклах как минимум странной.
– Что вы! – возмутился Натаниэль Доу. – Мы здесь не для того, чтобы что-либо покупать. Миссис Фрункель, эти куклы задействованы в некоем крайне неприятном деле. Нам нужно, чтобы вы сообщили все, что вам о них известно.
– Что? Какое еще дело? И почему вы разговариваете со мной в подобном тоне?
