– Нет, одну все-таки проведем, – Фаарр исчез и появился через минуту, потирая руку. – Ни хрена не изменилось, та же дрянь. Кто что еще видит?
– Ой, можно я? – мне, по условиям Пророчества, разгадывать его не положено, но если само в голову лезет, почему не сказать? – Семигорье. Вы говорили, в нем время остановилось.
– Как остановилось? – у Тайриниэля дрогнул голос.
– Этого ты тоже не знал, – Ваади вздохнул.
– Нет, откуда. Я же только в обратках жил, сначала думал, что везде так, потом кое-что про остальные зоны иногда услышать удавалось, о чем-то догадался. А про Шорельдаль, кто говорить будет?
– Верно, никто, – согласился Водный. – В остальных местах время куда-нибудь да идет. Только там застыло.
– Вот, а может не застыло, а оказалось само вне себя и только выглядит остановившимся, я сама не понимаю, но как-то так. И оно пойдет нормально. Глупость, да?
– Совсем не глупость. Дальше там про дом. Если рассматривать его в широком смысле, то дома нет только у эльфов. Принимаем. Что еще? Мар, придумаешь чего, не стесняйся, говори.
– Я не стесняюсь, а боюсь ввести в заблуждение, – это с опозданием додумала. – Я же не отсюда. Вдруг, получится, что не помогаю, а, наоборот, сбиваю.
– Все равно говори. Нам сейчас все нужно.
– Тогда вот. Где про то, что многим жить станет совсем плохо. Может, это сейчас, после нового закона?
– Может быть. Для эльфов это настолько хреново, что… Похоже.
– А дальше…
– Не молчи, Тайриниэль, что дальше? – поторопил его Ваади.
Эльф встал, отошел к стене, той на которую щит поставила, зачем-то погладил ее.
– Тайрин, время не тяни. Что ты понял? – не выдержал Огненный.
И тут я тоже поняла. Мы ответили в один голос:
– Возвращение Черной Невесты.
Повисло молчание. Тайриниэль вернулся к столу. За сигаретами потянулись втроем одновременно.
– Это невозможно, – отверг Водный страшное предположение. – Совершенно исключено. Просто абсолютно.
– Но это предсказано, – Тайриниэль побледнел, но говорил ровно. – Три расы, ее свита. Тот, у кого все отняли. Безумный Эльф. Я видел его, он все время смеялся. Тот, у кого забрали жену…
– Дак, у меня же ж забрали-то, – Бахрап заволновался. – И женку забрали-то и доченьку…
– … гномы. Когда меня поймали, со мной было еще двое наших. Они, гномы, зашвырнули их в ящик. К ее карете сзади был приделан такой… короб, вот туда. И увезли. Тот, кто хранит тайны…
– Мы храним, – у Алиани в голосе отсутствовали даже намеки на волнение, на любые эмоции. – С ней были дриады, совсем молоденькие, только из поросли. Никто не знает, как они к ней попали, они просто перестали откликаться.
– … дриады. Они все время танцевали сами себе напевали мелодию, без слов. Все сходится. Она возвращается за страшной данью. Или уже вернулась. Скажите, у меня, действительно, был бред или я видел ее?
– Конечно видел. – я напряглась. Фаарр решил все рассказать? Боюсь представить реакцию на такие новости. – А она увидела Мар и сбежала. Страшнее Мар на свете нет.
– Фаарр!
– Что, Алиани? Сами подумайте, Черная Невеста добровольно уступила его нам. Так получается?
– Нет, не то. Маррия есть в Пророчестве. Она может забирать чужую боль, через кровь и слезы.
Все посмотрели на меня. А я… А что я могла сказать? Я в Пророчества никогда не попадала.
– В принципе, похоже. Но какая связь у Маррии с проклятьями? Если только посчитать за них то, что на ней было навешано, когда она к нам попала. Возможно. Если так, то Пророчество уже начало исполняться. Еще догадки есть?
– У меня. Две сразу, – если уж я сама в этом Пророчестве, то имею право. Наверно. – Которые не живые, вампиры, они какой-то амулет уволокли, должны вернуть. А которые должны заговорить, это русалки, молчуньи, Малка про них рассказывала.
– Твои новенькие, Вад?
– Возможно. Я так и не знаю откуда они взялись. Девочки говорят, появились и все. Их много, со дна не поднимаются, ни с кем не общаются, между собой тоже. Остальные их опекают, кормят, жалеют. Скорее всего они. Принимаем версию. Что еще?
Больше ничего не было. Все остальное расшифровке не поддавалось.
Над Пророчеством бились еще два дня. Выдвигали и опровергали новые версии, все больше склоняясь к тому, что именно первые выглядят самыми правдоподобными. «Белые пятна» продолжали оставаться белыми. Кроме одного, про изменение цвета. Я предположила, что речь о платье, но догадкой поделилась только с Младшими, остальные про странную одежду не знали. Почему изменение «было будет» мы не разобрались, но вариант приняли. Многочисленные отцы, матери, корни и род лежали далеко за гранью понимания и не давали даже крошечных зацепок.
На третий день Фаарр, дриады и я отправились в Лес. Я несла с собой пиалку с огоньком, Младшие настояли, чтобы он непременно был при нас, как средство связи. Шли около часа. У кромки Леса Огненный с нами распрощался, велел в случае любых непредвиденных обстоятельств вызывать его и исчез.
