Обещание Перидота полностью

— Ваш город восхитителен, — выдавила я. — Ничего подобного я раньше не видела.

— Ну, я должен буду как-нибудь показать тебе город…

— Мы уезжаем завтра, — прервал его Кейн.

Я резко повернулась к нему.

— Разве?

— Да. — Его губы скривились в узкой улыбке. — Жарковато здесь для меня.

— Ну, я остаюсь.

— Ты мой целитель. Ты будешь делать то, что я говорю.

Моя кровь закипела.

— Повышаю. — Кроуфорд бросил на стол еще пятьдесят монет.

Я посмотрела на свои карты. Две червы. И две уже на столе. Мне нужна была еще одна, чтобы собрать флэш.

— Повышаю. — Я поставила все остальные монеты, которые выиграла.

— Я повышаю на обоих, — сказал Ретт, добавив еще как минимум сто.

— Я отвечаю. — Это вырвалось у меня из уст.

— Чем? — Глаза Кроуфорда блеснули, увидев декольте моего кружевного платья.

Я могла бы отказаться. Сказать, что просчиталась, и посмотреть, отпустят ли меня. Но, увидев выражение их лиц, понимая, как отчаянно эти мошенники хотели увидеть меня покорной, я только еще больше укрепилась в своем решении. Стала смелее. Храбрее.

Я посмотрела на себя, оценивая. Я не могла отказаться от платья и рисковать обнажиться. Я даже не носила сорочку или корсет, что не было принято в этом королевстве. Оставалось только…

— Мое нижнее белье.

— Ни за что, — резко ответил Кейн.

Последний раз я чувствовала такую жару, беспокойство и возбуждение… в его объятиях. Я гналась за этим чувством.

— Ты не владеешь мной. И уж тем более моим бельем.

Глаза Кроуфорда блеснули злобным удовольствием.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. У меня уже собран фулл-хаус.

Мне нужно была эта черви. Любая подошла бы. Ретт раздал последнюю карту.

Кровоточащие Камни.

Это была четверка треф.

Глава 11

КЕЙН

Арвен встала, аккуратно засунула руки под платье и сняла кружевное белье. Затем она бросила его на стол.

— Вот, — сказала она. Когда она снова села, стул под ней заскрежетал по полу.

Я прикусил щеку, пока не почувствовал вкус меди. Кусочек ткани не должен был вызывать у мужчины такого эффекта. И все же по моей крови пронзила такая сильная волна вожделения, что у меня закружилась голова. Я не мог смотреть на других. Я не смог бы сдержать свою ярость.

— Арвен! Ты бесстыдница, — пропела ведьма.

— Не думал, Не думал, что эта неженка способна на такое, — пробормотал Кроуфорд, задымив сигарой.

Но его глаза были полны удовольствия. Я хотел вырезать их из его глазниц.

Лишенный в Азурине возможности перевоплощения, я с трудом обуздывал порывы. Превращение было и исцелением, и испытанием — оно спасало от тоски, укрощало темные позывы и прочие звериные черты. Пусть на него уходило много лайта — но ведь и сил на исправление ошибок требовалось меньше.

Глубокий вдох.

Звенели монеты Ретта, сладкий, насыщенный ром из бокала Гриффина наполнял мои ноздри, а рядом со мной дымилась толстая сигара Тревина, затуманивая свет лампы.

Я изучал Арвен. Розовый румянец, расцветший на ее щеках и носу, ее едва приоткрытые губы, похожие на укус пчелы, удивительный взгляд успеха, гордости — несмотря на проигрыш — который танцевал в ее глазах.

Она чувствовала себя… хорошо. Возможно, немного напуганной. Но смелой. Привлекательной. Живой.

Две недели Арвен существовала меж миров как бесплотный дух, но в эту ночь вновь обрела плоть. Я не был наивен, чтобы не понимать соблазна секса, алкоголя и опасности. Это было моей жизненной силой на протяжении многих лет.

— Я никогда не смогу стереть этот образ из своей памяти. — Ее брат стонал от отвращения.

Она рассмеялась. На самом деле рассмеялась. Я не слышал этого звука уже несколько недель. Как звон храмовых колоколов, я почувствовал эту гармонию во всем своем теле.

Все в ней было оружием. И чарующая улыбка смеющейся Арвен, и ледяные взгляды, что она ежедневно вонзала в меня. Каждый день мне приходилось напрягать все свои силы — и лайт, и чистую силу воли — чтобы не рухнуть на колени и не умолять ее положить конец моим мучениям.

— У тебя могла бы быть многообещающая карьера в качестве очень специфического типа артиста, пташка. — Наконец она посмотрела в мою сторону, только чтобы бросить на меня уничтожающий взгляд. Я сжал челюсти, чтобы сдержать ухмылку.

Вместо этого я сосредоточил все свое угасающее внимание на картах в руках.

Пара тузов. Отлично.

Я оценил Кроуфорда. Он пил всю ночь, постепенно отдавая деньги остальным, и только что скрестил свои толстые руки в раздумье — знак, который я обнаружил несколько часов назад и который отражал посредственную руку. Это был момент, которого я ждал всю ночь.

— Я ставлю все, — промурлыкал я, толкая тяжелые стопки монет и женские аксессуары в центр стола.

— Я отвечаю. — Глаза Кроуфорда были холодными, даже несмотря на то, что в них мелькнуло тревожное ожидание. Он перевел внимание на Арвен, единственную другую участницу раздачи. — А как насчет дамы?

Арвен посмотрела на свои карты, затем подняла глаза на нас.

— Мне осталось поставить только платье.

— Ты хорошо сыграла. — Я не смог удержаться — флиртовать с ней было самым восхитительным занятием в моей жизни. — Я выиграю для тебя твое кружевное белье.