Обещание Перидота полностью

Федрик откинулся назад и замахнулся топором на гибкое, покрытое мхом дерево, разделив бревно одним чистым ударом. Мускулы его спины играли под промокшей белой рубахой, когда он с новым кряхтением нанес следующий удар и, присев, протянул мне расколотые поленья.

— Обычно это не так, — сказала я, прочищая горло. — Смелость — это скорее про моего брата и сестру.

— Правда? А ты тогда…

Я задумчиво покусала щеку.

— Ответственная?

В его глазах мелькнуло понимание.

— Значит, мы с тобой играем похожие роли. Так твои брат и сестра — они действительно храбрые или просто безрассудные?

— В большинстве случаев Райдер не понимает ситуацию достаточно хорошо, чтобы осознать, что ему следует бояться. А Ли слишком мала, чтобы понимать, как много есть причин для страха. — Я пожалела о своих словах, как только их произнесла. Теперь она видела, насколько жестоким может быть мир.

Почувствовав мрачное направление моих мыслей, Федрик положил свою широкую ладонь мне на плечо. Его хватка была теплой и ободряющей. Твердой и надежной — точь-в-точь как поленья, что я держал в руках.

— Риску. прозвучать грубо… когда я впервые встретил тебя, ты казалась, ну… ты казалась немного грустной. Мне очень жаль. За все, что пришлось пережить тебе и твоей семье. Если тебе когда-нибудь понадобится поговорить, я рядом. Целители слишком часто вынуждены быть свидетелями кровавой бойни.

Мне хотелось смеяться. Я и была той бойней.

— Спасибо, — сказала я вместо этого.

— У меня тоже есть младшая сестра. Думаю, ты с ней мимолетно встречалась в Азурине. Сера?

— Да, вы близко общаетесь?

— Очень, — ответил он, когда мы пробирались через грязь. — Мы ссоримся как кошка с собакой… или, может, как волк с котенком. Но в конце концов, она для меня самый важный человек в мире.

Я улыбнулась ему, надеясь, что эта улыбка передаст, насколько я понимаю его чувства.

— Так кто же волк, а кто котенок?

— О, я, без сомнения, котенок. Она меня буквально стирает в порошок.

Из меня вырвался редкий смех, и мы оба улыбнулись при этом звуке. Во мне зародилось что-то новое. Это было больше, чем просто восхищение его четким подбородком и ярко-голубыми глазами или тем, как его доброта ко мне раздражала Кейна. Привязанность, как теплая чашка заваренного чая, проникла в мое сердце. Мне нравился этот солнечный принц. На самом деле, очень нравился.

— Мне жаль, что она была помолвлена с Кейном. Я знаю, что все закончилось плохо.

Федрик пожал плечами.

— Это было благословением. Они не сделали бы друг друга счастливыми.

Я перебирала в уме следующие слова, раздумывая, действительно ли я хочу знать ответ. Любопытство взяло верх.

— Частью вашего несогласия с браком было то, что Кейн…

— Придурок? Или Фейри?

Я слегка кивнула, указывая на последнее.

— Я бы солгал, если бы сказал, что не считал это странным. В смысле, он же не человек, верно? Он бы пережил ее, пережил их детей…

Я сжала губы и снова кивнула.

— Но, — сказал он ровным тоном, — я не из тех, кто судит по предрассудкам. Мне, наверное, было бы все равно, если бы он был порядочным. — Федрик улыбнулся, хотя его глаза были печальными. — Но, конечно, он не был таким.

— Ты поэтому присоединился к нам? Чтобы судить его сам?

Федрик положил бревна, которые держал в руках, и начал рубить другой поваленный ствол. Его мышцы напрягались с каждым ударом, и я старалась не смотреть на бронзовую кожу его предплечий, блестящую от пота.

— Вот, — пропыхтел он, протягивая мне свежие поленья и сам неся остальные. — Я вчера не лежал на пляже. Я хочу, чтобы Цитрин сражалась на стороне добра, и мои родители скорее согласятся, если у нас будет клинок.

— Ты просто не знаешь, хороший ли Кейн.

— Хороший — это общий термин. Считаю ли я Короля Рэйвенвуда хорошим человеком? Нет, не особо. Считаю ли я его желание положить конец правлению своего отца и остановить его завоевание Эвенделла искренним? Да. И для этого ему понадобится наша армия.

Я боролась с тревогой, зарождавшейся в моем животе.

— Но твои родители отказали ему.

— Они очень упрямы.

— И это тебя беспокоит?

— Я не боюсь перемен, как они. Но я боюсь их.

— Так что же можно сделать?

— Если у нас будет клинок, им будет трудно игнорировать тот факт, что Король Рэйвенвуд и Фейри из пророчества имеют реальные шансы. А если мы не сможем его получить, я надеюсь убедить их изменить свое мнение о нем как о человеке.

Я медленно выдохнула.

— Мне кажется, Кейн еще не показал тебе свою лучшую сторону.

Федрик улыбнулся.

— А у него есть хорошая сторона?

Я постаралась ответить честно.

— У него есть лучшая сторона, но я не думаю, что ты ее увидишь в этом путешествии.

— Король Рэйвенвуд меня не пугает.

Я чуть не сказала, что должен, но решила только кивнуть. Лучше, чтобы Федрик не знал, что на самом деле значит быть Фейри. Чтобы он не знал, что именно Кейн может с ним сделать, если захочет.

— Если позволишь, — сказал Федрик, словно собираясь с духом, — какие у вас отношения? Я знаю, что ты его целитель, но… он кажется немного ревностный по отношению к тебе.

О, Камни.