Обещание Перидота полностью

— Но вы видели магию. То, что я сделала. Это спасло меня.

— Нет, — сказала я, и голос мой дрогнул на этом слове. — Ты спасла себя сама. Тебе это не нужно, Мари.

— Мы должны уходить, пока никто из Янтарного не пришел искать источник шума, — тихо сказал Кейн.

— Мы должны лететь в Ущелье Крэга, — мягко сказал Гриффин. — Здесь нам больше нечего делать.

Но Мари стояла на своем. Ночная рубашка промокла до нитки. Босые пальцы ног в холодной грязи.

Кейн и Гриффин обменялись еще одним взглядом, прежде чем уйти вперед, к нашему импровизированному лагерю.

— Ты все это от меня скрывала? Неделями? Я выглядела такой дурой.

— Нет, не выглядела. Совсем нет…

— Это… это… унизительно.

— Никто не думал, что…

— Наконец-то я нашла настоящего друга…

— Конечно, я твой друг. Поверь мне, когда я обещаю тебе, что ты сможешь творить магию без амулета. У тебя уже получалось. И теперь тебе будет легче, потому что ты наконец-то сможешь побороть свой страх… провала. — Мои слова замерли, но было уже слишком поздно. Я уже их произнесла.

Мари поморщилась, прежде чем протолкнуться мимо меня и направиться в наш лагерь.

Кровоточащие Камни. Неправильно сформулировала. Совершенно неправильно.

Я видела ее злую много раз. Но никогда — обиженной. А душевная боль… она была куда страшнее.

Кейн и Гриффин уже собирали наши вещи, когда я последовала за ней в лагерь, а непрекращающийся дождь все еще бил мне по лицу.

— Я слышал крики, — сказал Федрик, выходя из палатки, прихрамывая.

— Твоя нога… ты на нее наступаешь. — Единственное небольшое утешение в этой катастрофически ужасной ночи.

— Я знаю. Я не думал, что смогу снова ходить. Ты настоящий целитель, Вен. — Федрик бросил на меня теплый взгляд.

В моей голове мелькнул наш целомудренный, без страсти поцелуй, и я промолчала.

Федрик сглотнул.

— Что происходит?

У меня закружилась голова. Я не знала, с чего начать, чтобы объяснить ему все. Мою жестокую драку с Кейном. Бандитов… То, что я лгала Мари.

То, что я причинила ей боль.

— Все хорошо, — ответила я. А когда он нахмурился, добавила: — Ты можешь собрать вещи? Мы собираемся уходить в Ущелье Крэга. — Мари прошла мимо нас, не дожидаясь его ответа, и начала складывать мокрые, покрытые дождем кружки и жестяные банки в большой холщовый мешок. — Я помогу тебе через минуту, только нужно поговорить с Мари.

— Пожалуйста, не надо, — сказала она, снимая платье и блузку с бельевой веревки, которую мы натянули между двумя пальмами.

— Мари, перестань…

Она презрительно фыркнула, повернувшись ко мне, и в ее глазах мелькнуло легкое колебание.

— Всю свою жизнь я хотела быть ведьмой. Наконец я нашла способ стать ею — почувствовать эту славу, этот успех, почувствовать близость к своей матери — и все это обман? Это ранит. Но еще хуже то, что мой близкая подруга, с которой я пережила бесчисленные страдания, лгала мне об этом в течение нескольких недель, а потом сказала, что так будет лучше для меня. — Она покачала головой. — Я знаю, что тебе больше нет дела до себя, но я думала, что ты хотя бы обо мне заботишься.

Эти слова ударили меня по щеке, как пощечина.

— Что?

— Черт возьми, — фыркнул Гриффин, отбросив свою наполовину заполненную сумку и садясь на пень, как бы говоря, Ладно, вы двое, продолжайте.

— Перестань. Тебя вообще ничего не волнует в последнее время, особенно окружающие. Наблюдать, как ты играешь с Федриком и Кейном? Кто так поступает?

Чувство, более сильное, чем стыд, пронзило меня.

— Это ты подтолкнула меня к отношениям с Федриком.

Один из мужчин сглотнул от удивления, но я не смогла понять, кто именно. Я и не хотела знать.

— Я думала, это сделает тебя счастливее! — Голос Мари поднялся на несколько октав. — Но теперь я понимаю. Ты на самом деле не хочешь ни с кем общаться. Наверное, поэтому ты еще не сказала Федрику.

— Мари, — предупредила я.

— Не сказала мне что? — Я перевела взгляд с нее на Федрика, но в его глазах отразилось только замешательство.

Гриффин избавил меня от непонятного ответа.

— Ну хватит, ведьма. Это не….

— И ты. — Мари резко повернулась к нему. — Говоришь об эмоциональной незрелости. Святые Камни.

Прежде чем она успела еще больше раскритиковать человека, который только что убил ради нее, я вмешалась.

— Дай командиру передохнуть. Ты-то как раз не вправе говорить о том, как обманывать людей.

Гриффин встал, его сжатые кулаки почти прорвали карманы.

— Пока вы двое ссоритесь, как скулящие уличные кошки, я пойду поищу… — Он сделал неровный вдох. — Не знаю. Тишину и покой.

— Никто с тобой не разговаривал, — фыркнула Мари. Гриффин нахмурил брови, стараясь проявить терпение, и направился к мокрым пальмовым листьям. — Мы друзья, — бросила мне Мари. — Слово, значение которого, как мне начинает казаться, ты никогда не понимала.

— А как же Райдер?

— А что с ним? — она почти кричала.