Сегодня Кэрригдон и Рудж, издатели мемуаров леди Трент, объявили о скорой отправке в печать перевода табличек, найденных Марком Фицартуром, лордом Гленли, в Ахии, точнее – в землях под названием Каджр. С тех пор, как находка была доставлена на берега Ширландии, минуло около года, и все это время мир, сгорая от нетерпения, ждал возможности выяснить, о чем она может нам рассказать.
Перевод – плод совместных трудов внучки леди Трент, мисс Одри Кэмхерст, и драконианского ученого по имени Кудшайн. Оба они, работая в Стоксли, родовом имении лорда Гленли, день и ночь не смыкали глаз, дабы поскорее удовлетворить общее любопытство, и в считаные месяцы завершили труд, как правило, занимающий годы. В ответ на просьбу о комментариях лорд Гленли весьма высоко оценил познания переводчиков, признанных одними из крупнейших авторитетов в области изучения древних драконианских текстов.
«Я абсолютно уверен в качестве их работы, исключительно точной и в то же время вполне доступной неискушенной аудитории», – сказал он.
Связаться с мисс Кэмхерст и ее ассистентом-драконианином нашему корреспонденту, к сожалению, не удалось.
Перевод будет издан Кэрригдоном и Руджем под названием «Драконея», как в переплете тисненой кожи, так и в бумажной обложке, для широкого рынка. Желающие могут оформить предварительный заказ на любой из вариантов уже сейчас, в продажу же книга поступит, начиная с 6 небулиса.
Пора одеваться, но я так нервничаю, что даже смотреть на платье не в силах – не то, что надеть его.
Если бы только мне удалось, не нарушая правил приличия, настоять на поездке в Фальчестер по железной дороге, а не в автомобиле Гленли… Но нет, взять ящик с табличками в поезд он нипочем бы не разрешил, а что сталось бы, отправься со мной и Кудшайн, даже вообразить себе не могу. Таким образом, ехали мы автомобилем, и поездка оказалась в полтора раза дольше против обычного, поскольку Гленли строго-настрого приказал шоферу соблюдать особую осторожность, чтобы таблички не слишком трясло. В конце концов, дабы уклониться от пустых разговоров, я притворилась, будто меня укачало, и это, можно сказать, вовсе не ложь, хотя мутило меня не от качки, а от нервного напряжения.
