Я никогда не была из робкого десятка и тем более никогда не была трусихой, но увидеть Ирму в свой выходной день не могло предвещать для меня ничего хорошего. Девчонка явно кого-то искала в толпе, и мне определённо не хотелось, чтобы она меня заметила, поэтому я неосознанно попятилась к огромному дереву, элегантно торчащему позади меня из белоснежного горшка. Убедившись в том, что нахожусь вне зоны досягаемости блуждающего взгляда подростка, я провела рукой по корням своих распущенных волос, ниспадающих по моим плечами густыми волнами, и тяжело выдохнула – не хватало ещё, чтобы моя “выходная вылазка” была испорчена отголосками трудовых будней.
Как только я выпустила весь воздух из своих лёгких одним продолжительным выдохом, за моей спиной кто-то прокашлялся, и хотя я даже не задумалась о том, что, возможно, кто-то хочет привлечь подобным образом моё внимание, я машинально обернулась.
– Прекрасно выглядишь, – прежде, чем я осознала, кто именно передо мной стоит, произнёс Дариан. Он был настолько “большим”, что с первого раза осознать его нахождение перед собой было бы сложно для любого человека ниже двух метров ростом. – Прячешься от Ирмы? – он бросил взгляд через дерево, служащее мне укрытием.
– Только не говори, что и ты тоже, – взглянув на цилиндрические упаковки чипсов в его руках, отозвалась я.
– Нет, хотя сегодня я был бы не прочь где-нибудь переждать этот сеанс, вот только здесь нет подходящего для меня по размерам дерева, которое могло бы укрыть меня от сестры, – непринуждённо ухмыльнулся Дариан, и я неосознанно ответила ему улыбкой. Наверное, я слишком хорошо знала каково это – хотеть спрятаться от всего мира, но не иметь на то ни единой возможности.
Улыбаясь, мы встретились взглядами и на секунду замерли, словно наслаждаясь мимолётной секундой веселья, которой, как мы уже заранее знали, не суждено было продлиться дольше мгновения.
– Надо же, у тебя есть футболка и даже джинсы! – наигранно восторженно усмехнулась Ирма, возникнув где-то рядом с моим левым плечом. – Непривычно тебя видеть вне образа строгой секретарши. Я думала, что у тебя кроме твоих брюк и блузки больше ничего в гардеробе и нет.
– Просто не хочу пачкаться на рабочем месте, – кривоватым полусмешком ответила я, взглянув на девчонку, забирающую из рук брата одну из упаковок чипсов. В пятницу, на фоне потери Ирмой главной роли в спектакле, между нами состоялся серьёзный разговор, отчего ей, по-видимому, сейчас было неловко из-за того, что мы случайно встретились вне её территории.
– Вот видишь? – обратилась девчонка к Дариану. – Я ведь говорила, что дерзить – её фишка.
Услышав это я слегка приподняла брови – мои слова явно были неверно истолкованы.
– Ты одна? – вдруг пронзила меня своим прямым вопросом Ирма, резко переведя своё внимание с Дариана обратно на меня.
– Что?.. Нет, я здесь с другом…
– Свидание значит, – раскрыв упаковку с чипсами, криво ухмыльнулась девчонка.
– С друзьями на свидания не ходят, – заметила я, врезавшись взглядом в её огромные голубые глаза.
– Не может быть, чтобы ты была настолько скучной, – снова ухмыльнулась Ирма, забросив при этом в рот ломтик чипсов.
Тяжело выдохнув, я машинально перевела взгляд на Дариана, по-видимому рассчитывая хотя бы от него услышать что-нибудь более-менее толковое.
– Какие у вас места? – вопросительно приподнял брови Риордан.
– Вроде бы центр третьего ряда, – без задних мыслей ответила я.
– У нас центр пятого, верно? – Ирма заглянула в билеты, которые Дариан держал в руках, и это был едва ли не лучший момент для того, чтобы сбежать от этой парочки.
– Ладно, мне пора, – сделав ловкий обход Ирмы сбоку, отозвалась я. – Приятного вам сеанса…
И зачем только я назвала им свой ряд? Возможно, не зная моего расположения, они бы и не вычислили меня в переполненном зале на сто пятьдесят мест. Хотя это врядли.
Я была права – зная о том, что в паре метров у меня за спиной расположились Риорданы, совершенно расслабиться мне так и не удалось, чего я так до конца и не поняла, ведь обычно мне было плевать на мелочи, вроде случайных встреч. И всё же я всем своим существом чувствовала, как мой затылок кто-то сверлит настойчивым, твёрдым, словно ледобур, взглядом.
В итоге отстраниться от реальности удалось лишь в момент, когда главный герой фильма вычислил преступника среди своих друзей и прострелил колёса его автомобиля. До конца фильма оставалось всего каких-то тридцать минут, весь попкорн был съеден и лимонад выпит, что, наверняка, повлияло на притупление моего осязания Риорданов. Странно, но Кристофера их присутствие беспокоило гораздо меньше, что меня немного дёргало – кажется, я неосознанно подозревала Криса в похищении моего хладнокровия.
– Они, как и мы, просто пришли на премьеру, – говорил он, перед началом сеанса устанавливая между нашими креслами попкорн. – Забей, сегодня мы просто зрители в кинотеатре, а не начальники и служащие.
