Рано утром они вышли из дома. На улице было еще темно, но по дороге уже ехали машины. Когда небо просветлело, им наконец удалось поймать попутку до шаньсийских Ивинок. Шаоань проводил жену взглядом и, обхватив голову, опустился на корточки у дороги. Он просидел так очень долго…
Несколько дней спустя домой к Шаоаню группками стали стекаться бывшие работники. Они бесконечно, как заведенные, твердили о своих проблемах – в надежде, что Шаоань выдаст им денег. Все думали, что даже если Шаоань теперь банкрот – уж такая-то мелочь у него точно найдется. Конечно, на каждого из них приходилось действительно не так много. Но вместе это была огромная сумма. Такие деньги можно было найти, только продав оборудование.
Шаоань делал жалкое лицо и отвечал всем, что жена уехала одолжить денег в родительском доме. Он тут же заплатит всем, как только будет чем заплатить. Пасуя перед еще не угасшим уважением к старшему Суню, деревенские вздыхали и ждали. Но кое-кто уже начал посмеиваться. Шаоань мог только терпеть – как терпит любой неудачник.
Всего за одну ночь многие стали смотреть на него совершенно другими глазами. Оказалось, что их высоко взлетевший земляк – всего-навсего пустышка. Бóльшая часть деревенских решила, что ему уже никогда не вылезти из той ямы, в которую он сам себя загнал.
Шаоань и не думал отрицать этих пересудов. Единственное, что хоть как-то утешало, – так это то, что спустя несколько дней его обожаемая жена привезла из Шаньси больше тысячи юаней, что позволило наконец выплатить людям их прибыток. Наступавшая на пятки беда на время отодвинулась от Суней.
Шаоань поехал к начальнику уезда Чжоу Вэньлуну, чтобы договориться о новых кредитах, но тот застрял где-то в командировке. На обратном пути Шаоань столкнулся с Сюй Чжигуном. Тот сказал, что может помочь, и Шаоань заранее обрадовался.
Когда была объявлена новая линия на омоложение и профессионализацию кадрового состава партии, Тянь Фуцзюнь совершенно внезапно обнаружил себя на месте секретаря горкома и всего провинциального комитета.
Меж тем в одном из городов в южной части провинции подспудно вызревала страшная катастрофа. Природа готовилась отомстить человеку. На юге летом часто сталкивались антициклоны с Тихого океана или Тибетского нагорья и области низкого давления, перемещавшиеся со стороны Ганьсуйского коридора и расположенных дальше к югу, уже за пределами провинции, котловин. Когда сходились массы холодного и теплого воздуха, начинались ливневые дожди. Осенью атмосферные фронты шли один за другим, и зачастую дождь вообще не переставал. Два колоссальных горных хребта, пересекавшие этот район, блокировали восхождение воздуха. Летом и осенью они превращались в сплошную грозовую линию, в любой момент стращая селевыми потоками.
За несколько дней в уездах, расположенных у верховий реки, выпало пятьдесят миллиметров осадков. Сразу после этого количество осадков в среднем течении реки достигло почти девяноста миллиметров за сутки. В то же самое время гребень высокого давления двинулся из Средней Азии на восток и скоро оказался на Тибетском нагорье – перед ним возникло локальное понижение температуры и сформировался новый фронт.
Во второй половине того же дня холодный фронт двинулся на восток провинции. С неба ударили ливневые дожди, стремительно побежавшие на запад. Площадь охваченной дождями зоны составляла сотни километров. В некоторых уездах вдоль реки выпадало до ста сорока миллиметров осадков.
В полдень основные массы холодного фронта достигли окружного центра, и проливной дождь обрушился на город с населением в сто тысяч человек. Большая река, бежавшая у самого города, была мощным притоком Янцзы. Объем паводка мгновенно превысил отметку в десять тысяч кубических метров в секунду.
К ночи крупнейшая гидроэлектростанция, расположенная более чем в ста километрах вверх по течению от города, уже выпускала почти по шестнадцать кубометров. По прогнозу гидрологического управления, очень скоро объем паводка должен был преодолеть рубеж в двадцать кубических метров в секунду, – но это был далеко не предел.
Город находился в критическом положении. Руководителей горкома и окружного парткома охватила паника. Вместе с комиссарами и военными комендантами подокругов они сформировали штаб по борьбе с наводнением и провели экстренное совещание. Но руководитель окружного штаба по борьбе с наводнением, особоуполномоченный товарищ Гао Фэнгэ не смог на нем присутствовать.