На холме горел огонь – именно здесь должен был приземлиться вертолет. Протарахтев над водой, машина опустилась на спортплощадке окружного педучилища. Тысячи людей окружили вертолет. Руководители спустились вниз под их истошные вопли. Городское начальство с совершенно сиротским видом бросилось к ним, как к родным, заливаясь испуганными слезами. Все обменялись крепкими рукопожатиями.
В училище был быстро организован мощный командный центр. Помещение оператора местного телеграфа было затоплено, несколько часов город был изолирован от внешнего мира. Телеграфист, прибывший с начальством, сразу же отправил надиктованное секретарем Цяо сообщение в провинцию, в военный округ, в ЦК, в Госсовет и в Центральный военный совет партии.
Потом руководство рассредоточилось по разным местам – принимать срочные меры, главным образом для спасения жизней. Никто не знал, сколько людей смыло наводнение. Одно можно было сказать наверняка: многие другие продолжали находиться в серьезной опасности. Оказавшихся на крышах было бессчетное множество. Крики упавших в воду разносились по улицам. Город с нетерпением ждал помощи, ждал вмешательства Пекина. Он был полон тревожных надежд.
И вот наконец из облаков вынырнули самолеты из Ланьчжоу и Уханя. Из них посыпались спасательные средства, еда, лекарства. На место происшествия прибыло подразделение Главного управления тыла. Вокруг банков, складов, магазинов расставили караулы. Военные начали спасать пострадавших. Не прошло и двадцати минут, как больше тридцати членов подразделения погибли, пытаясь избавить горожан от опасности. Несколько других отрядов форсированным маршем были направлены в район бедствия.
Сяося выбралась из вертолета, расталкивая плачущую толпу, вылетела из ворот училища и в одиночку бросилась к затопленному водой городу. По спине хлопал желтый рюкзак, одежда быстро промокла насквозь под струями дождя.
Наводнение все еще бушевало, заходясь ужасным ревом. В тусклом рассветном мареве было видно, как по воде плывут вынесенные из домов вещи. Река несла трупы и совершенно отчаявшихся, еще живых людей. Коровы, овцы, свиньи, собаки, куры, певчие птицы жались на крышах бок о бок с хозяевами, ожидая спасения – но большая часть животных оказалась смыта водой и уже погибла. Все живые существа тянулись друг к другу, надеясь выжить. Многие старые деревья были вырваны с корнем, но, оказавшись в воде, становились веслами и мостами для уцелевших. Там, куда не дошла вода, беспорядочно толпились люди. Меж ними сновали стайки мышей и крыс. Змеи, раскручивая длинные языки, ползали у ног.
Сяося бежала по самому краю потока, в груди и в горле все горело огнем. Она не знала, куда бежит и что собирается делать – но знала: предстоит сделать очень многое…
Сяося не заметила, как добежала до восточной дамбы. Она была вся в грязи, одна сандалия развязалась, пальцы вылезли наружу.
Вода еще не добралась до этого района, и его жители ничего не знали о хаосе в центре. Несмотря на призывы милиционеров и солдат, больше трех тысяч человек по-прежнему оставались за дамбой и не слушали никаких уговоров. Обитатели дома престарелых как ни в чем не бывало резались в покер, вспоминая, что было при гоминьдановцах, и даже при маньчжурах. Пока шла вода, они продолжали приводить разные примеры, призванные доказать, что до них-то она точно не поднимется.
Как только Сяося оказалась на востоке города, она быстро разобралась в ситуации: нашла едва не сошедшего с ума замдиректора городского управления общественной безопасности и помахала у него перед носом журналистским удостоверением.
– Я репортер, меня прислали сверху. Прикажите достать оружие, надо заставить народ эвакуироваться.
Замначальника очнулся от ступора и немедленно приказал гнать народ штыками. Люди упрямились и цеплялись за свои пожитки.
Наконец, под страшные ругань и проклятья, они отступили. Через полчаса район превратился в безбрежный океан. Удалось спасти всех, кроме одного душевнобольного.
Замначальника был покорен Сяося и умолял ее отправиться с эвакуированными. Сяося с готовностью согласилась и сразу же превратилась в «старшего офицера штаба», отправляя милиционеров повсюду, где были нуждавшиеся в спасении. Улучив минутку, она написала свое первое сообщение и попросила замначальника передать его с кем-нибудь в педучилище, чтобы там бросили весточку от нее в редакцию.
Сяося отдала рукопись, завернутую в полиэтиленовый пакет, милиционеру и тут заметила маленькую девочку, цеплявшуюся, как обезьянка, за уже наполовину погруженный в воду телефонный столб. Ветер доносил сквозь дождь ее тихий плач. Девочку вот-вот должно было захлестнуть водой. Почти не задумываясь, Сяося прыгнула в воду, до нее донесся только испуганный крик замначальника управления.