С начала лета Шаоань действительно еле вывозил все взваленные на себя задачи. С заводом следовало быть особенно осторожным, чтобы не повторить прошлых неприятностей, к тому же нельзя было забывать и об отцовской стройке.
Шаоань много лет мечтал свить для родителей новое гнездышко. Он твердо решил, что сделает их дом даже лучше своего. Втайне от упрямца-брата Шаоань пустил на эту стройку в два раза больше денег, чем дал Шаопин, – все, чтобы отстроиться покрасивее. В каком-то смысле это действительно был памятник семье, как сказал младший Сунь. Шаоань хотел, чтобы стены обработали тонким инструментом, обложили кирпичом, поставили вокруг двора не забор, а ограду из темно-синего высокопрочного материала с полноценными воротами. Кирпича точно хватит!
Главным на стройплощадке стал Цзинь Цян, женившийся на Вэйхун – двоюродной сестре Шаоаня. Это был еще совсем молодой мастер, но работу он делал блестяще и особенно старался, поскольку работал на, считай, родственников.
Несмотря на это, Шаоаню все равно приходилось прикладывать много усилий, чтобы держать все под контролем. За день он успевал набегаться так, что ноги отваливались. Обиднее всего было то, что самый верный его помощник, Сюлянь, вот-вот должна была родить, а потому не могла помогать ему, как раньше. Она не сидела ни минуты спокойно, но толку от нее теперь было мало.
Когда началась стройка, родители с бабушкой переехали к Шаоаню. Одну комнату оставили, чтобы кормить рабочих. За это отвечали мать и жена, но им приходилось несладко, пришлось позвать на подмогу Вэйхун.
Все взлеты и падения последнего года на удивление сблизили Сюлянь и стариков. Она даже сама предложила опять объединить хозяйство, но старик Сунь был решительно против. На самом деле они действительно опять были одной семьей. Сюлянь не только не противилась тому, что Шаоань дает старикам деньги на расходы, но и сама то и дело напоминала ему, что им нужно что-нибудь купить, поменять белье, одежду или утварь. А уж о строительстве и не могло быть никаких споров, тем более что идея сделать кирпичные ворота вообще принадлежала Сюлянь.
Как причудлива жизнь! В нищете они делили невзгоды, а как только пришло благополучие, началось выяснение отношений, закончившееся разделом хозяйства. Но вот жизненные бури миновали, и семья вновь зажила душа в душу. Ни один из членов семьи не чувствовал себя прежде так легко, свободно и радостно.
Как раз в это время до Шаоаня дошли слухи, что завод, производивший в Каменухе черепицу и стоявший давно на грани банкротства, решили отдать под чье-нибудь управление. От этой новости сердце забилось чаще. Он знал, что каменухинское предприятие больше, чем его нынешний завод в несколько раз, с оборудованием и прочими вещами там все в порядке, но управлялось черепичное производство из рук вон плохо. Завод приносил сплошные убытки. С введением подрядной системы ничего не поменялось, и тогда местные власти решили попросту отдать весь завод целиком под чье-нибудь крыло. Называлось это генеральным подрядом.
Решится ли он на такое? Шаоань начал тщательно обдумывать осуществимость такого плана. Он рассудил, что если бы у него хватило смелости заключить контракт с заводом, будущее развитие дела определенно выглядело бы куда благополучнее.
По правде, прибыльность нынешнего завода только распаляла его амбиции. Шаоаню уже было мало своего клочка земли и давно хотелось сделать что-то большее. Заработанные несколько десятков тысяч давали прочное основание для такого рода расчетов. Таковы люди. Мы делаем шаг и уже мечтаем сделать другой. Если большой завод станет прибыльным, то, возможно, он сумеет сотворить что-то огромное. Шаоань довольно смутно представлял себе, что именно, но импульс был сильный. Он действительно хотел прогреметь на всю Каменуху, да что там – на весь уезд.
Шаоань подумал, что если возьмет чужой завод под свое крыло, то свой придется сдать кому-нибудь на поруки. Точно, нужно заключить двойной контракт. Если уйти с головой в другое производство, он не сможет заниматься своим заводом так, как сейчас. Кроме того, жена вот-вот родит, года два она точно будет Шаоаню не помощник. Если доверить нынешний завод другим людям, Шаоань освободится от хлопот в деревне и не станет напрягать домашних…
Он думал еще несколько дней и наконец решил посоветоваться с женой. Сюлянь попыталась выдвинуть контраргументы, но в итоге оба согласились, что идея Шаоаня вполне осуществима. Рисковать так рисковать. Они и так прошли через житейские бури и вышли из этого испытания с честью.
Приняв решение, Шаоань немедленно отправился в Каменуху, опасаясь, что другие опередят его. Но тревога его оказалась лишней – пока что никто не решался взвалить на себя обанкротившийся завод. Контракт подписали быстро.