Столица округа – город Желтореченск – был очень древним. Согласно «Запискам об округе Желтого Ключа», изданным в седьмой год правления под девизом «счастливое ликование»[40], история его восходила ко времени Чжоу[41] – здесь жили варвары-байди[42]. После Чжоу разные династии держали на этом месте областные управы, окружные приказы и другие ведомства. Здесь всегда был стратегически важный пункт, где военные переселенцы защищали границы китайских земель и через который проходили потоки товаров и ценностей. Теперь Желтореченск был окружным центром, под его управлением находилось пятнадцать уездов, почти тридцать квадратных километров по площади.
Город стоял на большом речном тракте. Со всех сторон его окружали холмы. Речка Желтый Ключ пересекала Желтореченск с севера на юг и на расстоянии пары сотен ли от города впадала в Хуанхэ. Через реку было наведено два моста, соединявших восточный и западный берега. Мост в самом центре был построен в пятидесятые, его называли старым мостом. Он был довольно узкий – на нем едва могли разъехаться две машины. Выше по течению стоял новый мост, построенный всего два года назад. Он был широкий, но здесь, на окраине, пешеходов и машин было совсем не так много, как на старом мосту.
На юге города текла еще одна небольшая река – она бежала на север, где встречалась с Желтым Ключом возле старого моста. Маленькая речка называлась просто Южной. У слияния рек был холм, густо заросший деревьями и травой. На середине склона, где была небольшая ровная площадка, возвышалась древняя девятиярусная башня. За нее сразу цеплялся глаз. Потому холм и назвали Башенным. С вершины здания весь город был виден, как на ладони.
Центром его был старый мост, разделявший Желтореченск на районы. К востоку лежала Восточная застава, там был автовокзал – главная гавань, куда прибывали посланцы внешнего мира. Здесь было особенно много рыночных прилавков и разных служб быта, рассчитанных в основном на приезжих. Тут же, у моста, обычно и продавалась прибывшая в город рабочая сила. Как на базаре, толпились ремесленники и разнорабочие со всего севера, поджидая занятых вербовкой подрядчиков. Но главная струя городской жизни текла на западном берегу реки. Улицы тянулись с востока на запад, до самых Воробьиных гор, и упирались в большой тракт, проложенный с севера на юг. Он и был главной артерией города.
Когда Шаопин с ветхой укладкой в руках вышел из многолюдного автовокзала на улицу, он остановился, как в трансе, на вокзальной площади. Он оторопело смотрел на зрелище, от которого рябило в глазах. Хотя он бывал здесь прежде, все было ему чуждо и странно.
Шаопин был ошеломлен огромным городом и даже на время забыл о собственном существовании. «То ли это место, где я хочу начать жить? – спросил он себя. – Ты, с пятнадцатью юанями в кармане, с ветхой укладкой на спине, пришел сюда, ничем не вооруженный, беззащитный – выживешь ли ты?»
Он не знал этого. Единственное, что он осознал, – это то, что прибыл на новый континент. Что делать здесь теперь, Шаопин не мог представить. Он постоял еще какое-то время, а потом с трудом шагнул и пошел вперед.
Когда Шаопин подошел к мосту, то увидел тротуары по обеим сторонам улицы, заполненные людьми в несуразной или изношенной одежде, увешанными, как и он, убогим багажом. У кого-то из вещей торчали молотки, рубанки, стамески, зубила, ручные буры, квадратные линейки, плотничьи угольники, корытца с тушью, отбойные шнуры и сумки для инструментов из старых баскетбольных мячей. Кто-то в растерянности бродил туда-сюда, кто-то сидел в оцепенении, кто-то просто спал на тротуаре, подложив под голову вещи и смирившись со своей судьбой.
Шаопин сразу почувствовал, что это его мир. Он будет похож на этих людей – он так же будет ждать, пока кто-нибудь купит его силу. Юноша присоединился к этому пестрому лагерю и быстро отыскал пустое место – положить багаж. Никто вокруг не заметил, как он влился в их ряды. Его лицо не было таким обветренным и грубым, как у других, но ничем другим он не выделялся. Однако вскоре Шаопин обнаружил, что всю их честнýю компанию не замечают другие люди, идущие по улице. Длинная река машин, велосипедов и пешеходов текла совсем рядом, но будто в другом измерении. Никто из горожан не обращал внимания на скитающихся по улицам чужаков. Шаопин очень волновался сперва, что встретит Сяося или Цзинь Бо, но теперь понял, что то было пустое. Знакомцы не выходили здесь из-за каждого угла, как в Каменухе. И здесь никому до него нет дела.