Очарование тьмы полностью

– Ты убил моего брата, – прошипела я, приблизив свое лицо к нему. – Его и всех остальных достойных мужей, что перебили вместе с ним. У них не было ни единого шанса. – Мой голос опасно задрожал, и я заметила промелькнувший в глубине его глаз страх. – Численность врага превосходила наш отряд больше чем в пять раз, потому что ты послал им весть. Я похоронила их всех, вице-регент. Копала могилы до тех пор, пока мои руки не начали кровоточить, в то время как ты сидел здесь, потягивая вино и замышляя погубить еще больше жизней.

Я обернулась к лордам.

– Вот человек, который отправил на смерть моего брата и еще тридцать два солдата! Тот, который отравил моего отца! Это он подбил свою крысиную ораву на заговор против всех нас! – Я снова взглянула на него, и мой нож прижался к его шее. – За свои преступления против Морригана ты умрешь, лорд вице-регент. А если мы не успеем вовремя спасти моих братьев и их отряды, то умрешь медленно. Это я тебе обещаю.

Он поднял на меня глаза, в них снова появился вызов. И он прошептал – так тихо, чтобы никто больше, кроме меня, его не услышал:

– У меня соглашение с Комизаром, и я могу пощадить любую жизнь, какую захочу.

Я улыбнулась.

– Соглашение? Комизар неплохо потрудился, выбирая себе марионеток.

– Уже слишком поздно, – заявил он, все еще отрицая перелом в своей судьбе. – Тебе не остановить нас. Но я все еще могу…

– Ты прав только в одном, лорд вице-регент. Уже слишком поздно. Для тебя. Я совершила именно то, чего вы всегда боялись. Я изобличила нечестивцев.

Я победно уставилась на него, затаив дыхание, а потом наконец отпустила его голову, и моя пропитанная кровью повязка оставила ярко-красное пятно на его белокурых волосах.

– В темницу его, – приказала я, и солдаты Рейфа тотчас потащили его прочь.

В зале сразу стало жарко, а в голове легко.

– В темницу их всех, – махнула рукой я и на остальных членов Совета. – Гвардейцев королевской стражи тоже, я разберусь, кто из них невиновен и пригоден к дальнейшей службе, позже.

Один из лордов встал.

– У вас нет полномочий приказывать высокопоставленным…

Рейф сразу же заставил его замолчать:

– Пока принцесса Лия правит Морриганом, она может приказывать все, что захочет.

Посыпался шквал возражений, однако над всеми остальными снова возвысился голос лорда Гоуэна.

– При всем моем уважении, ваше величество, это не ваше королевство и не вам принимать решения относительно него. Вы призываете к анархии. Протокол и законы Морригана четко предписывают…

– Пока мой муж не выздоровеет, моя дочь займет пост регента и соберет собственный Совет.

В зале повисла тишина, все головы повернулись к королеве на балконе. Она посмотрела на меня и одобряюще кивнула. И кажется, в ее глазах я разглядела чувство вины.

– В данный момент Джезелия исполняет приказ короля. Она – солдат его армии и верна воле его. – Моя мать бросила венценосный взгляд на лорда Гоуэна. – Кто-нибудь возражает?

Не дождавшись ответа, Андрес громко воскликнул: «Джезелия», – и опустился на одно колено. Вслед за ним, один за другим, сделали то же самое и его солдаты. Голосование – публичный подсчет голосов – издавна было традицией Морригана; я слышала о нем, но еще никогда не была свидетелем его прежде. Солдаты в северной части зала также опустились на одно колено. Под сводами Зала Алдрида прокатился гул моего имени: «Джезелия». Сестра их погибшего товарища. Королева и те, кто стоял на балконе рядом с ней, последовали их примеру, повторив мое имя, которое я еще никогда не слышала в их устах. К ним присоединилось полдюжины лордов.

– Значит, решено, – провозгласила моя мать, снова поднимаясь, и лорд Гоуэн и остальные неохотно кивнули.

В считанные минуты их мир перевернулся с ног на голову. Однако сюрпризы только начинались.

Я подалась вперед; их лица расплывались и теряли четкость, пол шатался подо мной.

– Разоблачение предателей – это только начало того, что нам предстоит сделать, – произнесла я. Я услышала, что мои слова отозвались странным, отдаленным эхом, а затем по зале разнесся и звон моего ножа, упавшего на пол. – Конклав не окончен. Вы должны знать, с чем мы столкнулись и что нам нужно сделать, чтобы выжить. Мы соберемся здесь завтра, и…

Окончила ли я свое предложение, я не была уверена. Последнее, что я запомнила, – это рука Рейфа, скользнувшая вокруг моей талии, и то, как оторвались мои ноги от пола.

Я услышала всхлип.

Почувствовала, как по моему лбу провели мягкие руки.

Аромат роз.

Всхлип раздался снова.

Потом была струйка воды.

Шорох открывающихся дверей.

Тихие голоса.

На мой лоб опустилась прохладная влажная ткань.

Раненая рука полностью онемела.

– Она потеряет ее?

На язык попало что-то сладкое. Теплое.

– Дальше посижу я. Иди.

В моей груди билась тяжелая пульсация.

Послышались осторожные шаги.

И снова плач. Хриплый, натужный.

Зверь шевельнулся, щелкнул хвостом.

«Я иду за тобой. Это не конец».