Очарование тьмы полностью

В этот момент на нас внезапно налетел венданец размером с самого Гриза; он размахивал булавой в одной руке и в то же время топором – в другой. Он принялся лупить по нашим щитам, тесня нас все дальше и дальше, пока мы с Каденом не бросились в противоположные стороны и не атаковали его сзади одновременно. Ребра гиганта пронзили оба наших меча, и тогда он упал, подобно дереву, сотрясая землю. И тут позади него в отдалении мы заметили вице-регента.

Ужас, кровь – все это волнами обрушивалось на нас, снова и снова налетая со всех сторон. Каждый раз, когда наш батальон укреплял позиции, вперед устремлялись новые брезалоты, выпускался очередной шквал стрел, железные болты с грохотом пробивали щиты и плоть, метались горящие диски, которые впивались в кожу и обжигали легкие. Шум стоял просто оглушительный; он несся по долине, точно неумолимый ураган. Огонь и дым поднимались вверх, падал жгучий пепел. Я потеряла способность ориентироваться, заветный обрыв больше не мелькал перед моими глазами – оставался лишь настоящий момент, в котором я пыталась выжить. Я размахивала мечом направо и налево, наносила удар за ударом, не позволяя им взять верх. Это не конец.

Джеб, как и я, был полон решимости прорваться сквозь очередную волну врагов, однако мы совсем не продвигались вперед, наши силы убывали с каждым новым залпом их оружия. Вот впереди показался тяжеловооруженный батальон – всадники раздавали удары прямо над головами пехоты. Времени искать среди них Рейфа или Кадена у меня не было, однако я знала, что они должны были быть именно там. И тут в воздухе вдруг раздался знакомый истошный визг брезалота. Я сразу же поняла, что это значит: он был нагружен взрывчаткой, и его выталкивали вперед. Я слышала страшный стук его копыт, шипение его яростного дыхания, которое становилось все громче и громче по мере того, как он несся к нам. Все звуки отдавались эхом, множились, окружали нас. И я вертела головой, ища, откуда он появится, и тут чья-то тяжелая рука оттолкнула меня, отбрасывая назад.

Рука, принадлежащая Рейфу.

Мы рухнули на землю, и мир вокруг нас взорвался.

– Ты не сможешь этого сделать.

Его дыхание было тяжелым, слова – отрывистыми, однако он все еще пытался убедить меня.

Я видел ужас в его глазах. Потому что я был сильнее. Быстрее. Мною двигал гнев, который я испытывал на протяжении одиннадцати лет.

Металл встречался с металлом. Наши удары отдавались мощной вибрацией в наших костях.

– Ты не сможешь этого сделать. Ведь я твой отец.

Вот он сделал выпад, и его клинок достал мою руку.

По моему плащу заструилась кровь, и его глаза загорелись голодом. Он бросил взгляд на мою ногу, до сих пор пронзенную деревянным обломком. И я увидел в его глазах подсчеты. Сколько еще я смогу продержаться?

Я и сам не знал этого. Игнорировать боль становилось все труднее. В сапоге вовсю хлюпала кровь. Я оттолкнул его, и воздух снова огласился звоном стали.

– Я твой отец, – повторил он.

– Когда? – спросил я. – Когда ты им был?

Его зрачки превратились в маленькие точки, ноздри раздулись. Теперь он не пах жасмином. Он пах страхом.

Мой клинок плотно прижался к его клинку, удерживая его, тесня его назад. Между нами запульсировала целая вечность лжи.

Но вот он отбросил меня и отступил на несколько шагов.

– Я пытался искупить свою вину перед тобой, – прорычал он. – Ты не сможешь этого сделать. Сын. Давай начнем все сначала. У нас еще есть время.

Я ослабил хватку на мече. Ослабил защиту. И уставился на него во все глаза.

– Время? Сейчас?

Его глаза сверкнули торжеством, и он бросился вперед, как я и ожидал. Его выпад был яростным, выбивающим оружие из моей руки. И тогда он улыбнулся, готовый вонзить в меня свой клинок. Но едва он шагнул вперед, как я метнулся к нему быстрее и, оказавшись грудью к его груди, вогнал свой нож ему в брюхо.

Его глаза широко распахнулись.

– Твое время вышло, – прошептал я. – Отец.

И я позволил ему упасть к моим ногам.

Янакрыл ее своим телом, защищая. На нас сыпались металл, дерево и огонь.

– Рейф, – прошептала она.

На долю секунды нас обоих охватило облегчение, а потом битва снова сомкнулась над нашими головами. Мы вскочили на ноги, хватая с земли щиты и оружие. В воздух взметнулось облако дыма, и ошеломленные венданцы устремились к нам – взрыв дезориентировал их не меньше.

– Я должна добраться до того утеса, Рейф. Мне нужно обратиться к ним, пока мы все не погибли.

И мы побежали под укрытием скал. Я уже видел то место, которое она искала, но тут перед нами встал наместник Янос. А за его спиной были некогда капитан королевской стражи Морригана, канцлер и отряд из пяти солдат.

Янос шагнул вперед.

– Отдай ее.

– Чтобы вы насадили ее голову на пику? – ощетинился я.

– Это решит Комизар.

Мой кулак на щите сжался. Я ощутил, как волдыри на моих ладонях лопаются, а между пальцами проступает жидкость.

– Обрыв прямо за нами, Лия. Беги!

Я отчаянно взмолился про себя, чтобы она хотя бы раз в жизни не стала со мной спорить. А потом я услышал, как она побежала.

Канцлер улыбнулся.