Он обратился ко мне на венданском, чтобы мои сторожа ничего не поняли.
– Ты в порядке? – спросил он.
Стараясь не обращать внимания на комок, снова набухающий в моем горле, я кивнула. Он усмехнулся.
– А как голени Рейфа?
Я знала, он пытается разрядить обстановку, и была очень благодарна ему за это.
– Пока целы, но это может измениться.
– Я и не ждал ничего иного.
Его уверенность во мне была словно прохладная вода в жару. Внезапно мне остро захотелось его обнять, но это только привлекло бы к нему дополнительное внимание.
Слыша незнакомый язык, солдаты нервничали; полагаю, они решили, что мы вступаем в сговор – что, в общем-то, на самом деле было правдой. Я шагнула к Кадену еще ближе и зашептала, чтобы действительно заставить их забеспокоиться.
– Когда мы уедем, Эбену придется остаться с Гризом. Поэтому нас будет всего двое. А где-то там все еще скрывается Малик. Каковы наши шансы?
– Если бы его послали убить тебя, то он был бы в Долине Гигантов вместе с остальными. Полагаю, сейчас он направляется в Сивику с сообщением.
– Что я мертва?
– Что ты бежала. Тебя не признают мертвой, пока не получат твоего тела, и к тому же они точно знают, куда ты направляешься.
Значит, канцлер и его сообщники будут меня ждать. И скорее всего, выставят наблюдателей на каждой дороге, ведущей в город. Эффект внезапности больше не принадлежал мне. Мне больше не требовалось ничего усложнять.
Краем глаза я заметила Тавиша и Оррина. Они приближались к нам плечом к плечу, а достигнув, остановились по обе стороны от меня.
– Мы здесь, чтобы сменить ваш эскорт, ваше высочество, – произнес Тавиш, бросая на Кадена злобный взгляд.
– Можешь идти, Перси, – добавил Оррин, отсылая стражника взмахом руки. – Полковник желает, чтобы вы все вернулись в его кабинет. Давайте.
Тавиш почтительно кивнул мне.
– Мы будем сопровождать вас до конца дня.
– По чьему же приказу? – уточнила я.
Тавиш улыбнулся.
– По нашему собственному.
Ни Тавиш, ни Оррин не говорили по-вендански, так что я поспешно перекинулась с Каденом еще парой фраз.
– Поговорим позже. А пока нам нужно начинать собирать припасы.
Тавиш прочистил горло.
– Джеб тоже скоро присоединится к нам.
Его послание было понятным. Джеб на венданском говорил. Я вздохнула. То была не просто верность королю – это была верность их другу.
Армия Морригана сформировалась за много веков до того, как все остальные королевства заложили первый камень в основание своих государств. И это еще одна вещь, которую особо выделяло Священное Писание: Святые Хранители, свирепые воины, сопровождавшие Морриган в ее походе через дикие земли, обладали непревзойденной силой и стальной волей, дарованной им самими небесами, дабы обеспечить выживание избранных Выживших.
Алдрид, которому впоследствии предстояло стать ее мужем и почитаемым отцом королевства, тоже был одним из таких хранителей. Его воинская кровь текла в каждом из нас. В цитадели Сивики, в тронном зале, даже были выставлены мечи Святых Хранителей – в напоминание о нашем величии и помазании богов.
И на протяжении всей известной истории войско Морригана всегда оставалось великим, а ее солдаты – храбрыми и благородными мужами. Однако, наблюдая за тренировками войск Дальбрека со своей точки обзора на крепостной стене, я поражалась их пугающей отточенности и выверенности. Их алебарды выдвигались с невероятной синхронностью, щиты сцеплялись с непринужденностью безупречного танца. В каждом их тщательно отработанном движении сквозила уверенность. Они практически светились от угрозы, которую внушали. Сила и дисциплина дальбрекских солдат были такими, каких я никогда не наблюдала ранее. Теперь я понимала, почему они так верили в свою силу. Однако они не видели того, что видела я, – численности венданской армии.
Даже с армией в сорок тысяч человек они не шли ни в какое сравнение с ужасающим величием Венды. А после падения Морригана следующим непременно станет Дальбрек.
Я устремила взгляд к далекому простору над войсками, где полумесяц делил небо с заходящим солнцем. Прошел еще один день, и времени у меня оставалось все меньше и меньше. Оно шло вперед, кружило, повторялось, обрушивалось и свертывалось в клубок, словно проснувшаяся ядовитая змея, готовящаяся нанести удар. Оно неотступно надвигалось на меня, и скрытые от посторонних глаз силы в Морригане помогали ему самым коварным образом – подтачивая изнутри, подпитывая его силой, которая уничтожит всех нас.
Мне нужно было что-то придумать.
Иной выход.
Я перекатывала в уме слова Венды. Пожертвовать жизнью ради одной лишь надежды? Я бы предпочла получить нечто большее – уверенность. Но надежда была хотя бы чем-то, и, какой бы зыбкой она ни казалась, это было все, что я могла предложить Натии и остальным. Даже Рейф не смог бы ее отнять. Как и истории, которыми Годрель потчевала Морриган, надежда была пищей для их пустых желудков.
