– Это здесь, – наконец произнес он. Голос был глухим и усталым, как будто его разом покинули все силы. – Значит, после всего того, что мы пережили, мы расстаемся?
Я кивнула, встретив его пристальный взгляд молчанием.
– Ты выбираешь долг, который когда-то презрела, а не меня?
– Я могу и вернуть тебе эти слова, – тихо ответила я.
Синева его глаз стала еще глубже, подобно бездонному морю, грозившему поглотить меня.
– Я никогда не пренебрегал своим долгом, Лия. Я приехал в Морриган, чтобы жениться на тебе. И я пожертвовал всем ради тебя. Я подверг риску свое королевство – все ради тебя.
Кровавая борозда внутри меня разверзлась еще шире. Он сказал правду. Он рискнул всем.
– И теперь я обязана тебе, Рейф? Неужели чтобы расплатиться с тобой, я должна отказаться от всего того, что есть во мне, и от всего, во что я верю? Ты действительно хочешь, чтобы я стала такой?
Его глаза впились в мои, и казалось, что во вселенной не осталось больше воздуха. Время тянулось неимоверно долго, и наконец он отвел взгляд. Рейф разглядывал мою сумку и оружие – меч, кинжал у меня под боком, щит, все припасы, которые он сам тщательно отобрал. Потом Рейф покачал головой, как будто этого было недостаточно.
Его внимание переключилось на ожидающих меня.
– Я больше не стану рисковать их жизнями, отправляя во враждебное королевство. Их единственная обязанность – это безопасно сопроводить тебя до границы. После Дальбрек прекратит все отношения с Морриганом. Ваша судьба будет в руках вашего собственного королевства, не в моих.
Словно почувствовав его безысходность, его лошадь зафыркала. Рейф бросил последний взгляд на Кадена. Он снова повернулся ко мне, и теперь гнев исчез с его лица.
– Ты сделала свой выбор. Значит, это к лучшему. Каждый из нас нужен в другом месте.
В животе у меня все сжалось, а во рту появился тошнотворный соленый привкус. Я поняла, что он отпускает меня. Это был конец. Но я заставила себя кивнуть.
– Да, к лучшему.
– До свидания, Лия. Я желаю тебе всего хорошего.
И Рейф повернул коня прежде, чем я успела попрощаться с ним; ускакал, не оглянувшись назад. Я провожала его взглядом – его волосы, развевающиеся на ветру, блеск его мечей, сверкающих на солнце, – и в моей голове вдруг промелькнуло воспоминание. Сон, который вернулся, огромный и сокрушительный, точно волна. Тот, который я столько раз видела в Санктуме. Он был словно подтверждением того, что я не хотела принимать: Рейф покидал меня. Все детали сна наконец четко предстали перед моими глазами: холодное широкое небо, Рейф, восседающий на коне, – свирепый воин в одежде, которую я никогда не видела раньше потому, что это было воинское одеяние Дальбрека, – мечи на каждом боку.
Однако сейчас это был не сон.
Отстраненные слова дальнего знакомца, дипломата, короля.
А потом я потеряла его из виду, когда он скрылся где-то во главе каравана, где и полагалось ехать королю.
Мы ехали быстро. Я сосредоточенно всматривалась в небо, холмы, скалы, деревья. Изучала взглядом горизонт, тени. Не расслабляясь ни на секунду. В своей голове я строила планы. Продумывала все варианты. Не забывала ни одну деталь. Не оставляла ни одной минуты для опасных мыслей, которые были способны погрузить меня в пучину отчаяния.
Нет, сомнения были ядом, который я не могла себе позволить.
Я пришпорила лошадь, и остальные тоже прибавили скорости, чтобы не отстать. На следующий день я занималась тем же самым. Утром и вечером я без конца повторяла поминальные слова, отдавая дань переходу Морриган, Годрель, Венде, голосам в долине, где я похоронила своего брата. Каждая молитва была очередной бусиной ожерелья, протянутого где-то внутри меня, и я перебирала их, стискивала крепче, полировала до блеска и тепла. Они были настоящими – и истинными. Такими, какими и должны были быть.
А когда на меня наваливалась усталость, я вспоминала и другое. Самые простые вещи. То, что помогало выжать из меня и моей лошади еще милю или десять.
Лицо моего брата, опустошенное и заплаканное, когда он рассказывал мне о Грете.
Блеск безжизненных глаз Астер.
Предательские ухмылки ученых в подземельях.
Обещание Комизара, что это еще не конец.
Бесконечные игры дворов и королевств, в которых жизни разменивались на власть.
Каждая бусинка воспоминаний помогала мне продвигаться вперед еще немного.
В первую ночь, когда я разгружала свою лошадь, мои четки из тщательно отполированных бусин вдруг затрещали и рассыпались. Это было такое простое действие, но оно выбило меня из колеи. Я обнаружила запасное одеяло, завернутое в спальник. Смену одежды для верховой езды. Дополнительный пояс и нож. Казалось бы, это были самые элементарные предметы для долгого путешествия, однако за каждым из них я видела руку Рейфа: как он складывал одеяло, как вязал узлы, чтобы закрепить его. Как выбирал и упаковывал каждую вещь в моей поклаже.
И тут его последние слова обрушились на меня камнем. То были жестокие слова:
