Однако назначенный час пробил, и вот я уже натягивала белое платье-футляр и неудобные туфли и распускала волосы, потому что Нику так нравилось. Беверли старалась быть хорошей посаженной матерью, брызгая мне в прическу лаком каждый раз, когда проходила мимо, суетясь над моим букетом, моим нарядом. Если бы мама была здесь — если бы она никуда не уходила — мы бы сделали парный маникюр, как в моем детстве. Она бы надела бледно-голубое шелковое платье, а не выбранный Бев оранжевый полиэстер. Она бы уверила меня, что раннее замужество оказалось лучшим решением в ее жизни и что наверняка у нас с Ником все получится так же замечательно, как у них с папой.
Взамен мамы у меня была Беверли, которая без умолку болтала, насильно впихивала в меня кофейный торт и сокрушалась о моем отказе от «денежного танца». Хотя я понимала, что у мачехи благие намерения, мне хотелось стукнуть ее волшебной палочкой и заставить замолчать, остановить ее бесконечные восклицания, что я «хорошенькая, как новая зимняя резина». Как это я выхожу замуж без матери? Как это я выхожу замуж, конец предложения? Почему я позволила событиям настолько выйти из-под контроля?
Похоже, больше никто не переживал. Мой отец обронил, что Ник «хороший парень», и предрек, что у нас «все будет в порядке». Отец Ника, представительный, обаятельный и поверхностный, увы, был шафером. У Джейсона, отращивавшего волосы, чтобы походить на Тома Круза в «Интервью с вампиром», уже тогда наполовину съехала крыша. Кристофер, на ту пору старшеклассник, флиртовал с Уиллой, которую повстречает снова аж через тринадцать лет.
Даже когда я под руку с отцом шла по проходу, мой внутренний голос продолжал яростно нашептывать: «Ты не обязана выходить замуж. На этой затее большими буквами написано “катастрофа”». Лицо Ника было серьезным, словно он догадывался, о чем я думаю. Он произносил свои обеты торжественным тоном, твердо глядя на меня темными глазами, но даже в тот момент его слова казались мне смехотворно наивными. Неужели кто-нибудь верит, что брачные клятвы еще что-то значат? Мои родители давали друг другу те же самые обещания. Родители Ника также зарекались «пока смерть не разлучит нас». Кто такие мы с Ником, чтобы наши обеты длились дольше вдоха-выдоха, который потребовался, чтобы произнести их?
А затем настала моя очередь говорить.
— Я, Харпер, беру тебя, Ник… — неожиданно у меня выступили слезы, голос охрип, и мне всем сердцем захотелось, чтобы сказанное исполнилось. Чтобы с этого дня быть с ним вместе, быть единым целым… У нас получится. Мы сможем стать парой старичков, которые на закате по-прежнему нежно держатся за руки. — …До конца моей жизни. — Тут я заглянула в цыганские глаза Ника и поверила.
После свадьбы мы провели несколько дней в Эдгартауне, в одном из огромных капитанских особняков на Норт-Уотер-стрит. Как и все подобные дома, этот принадлежал одному из баснословно богатых сезонных жителей острова, для которого мой отец иногда выполнял кое-какую работу. Хозяин великодушно предоставил свое жилище для нашего коротенького медового месяца, поскольку не появлялся на Мартас-Винъярд раньше Дня Независимости. Там мы с Ником пять дней играли в семью, так же как играли во взрослых: пили вино на огромной задней террасе, планировали нашу поездку на следующее лето — в наш настоящий медовый месяц, как мы это называли. Занимались любовью в комнате с видом на маяк, обнимались и смотрели фильмы. В эти пять дней я верила в «долго и счастливо». В эти пять дней казалось очень даже возможным, почти неизбежным, что у нас с Ником будет дом, дети, жизнь и старость вместе. В эти пять дней я думала, что прежде ошибалась, когда так… сомневалась.
Нет, не ошибалась.
На шестой день после свадьбы мы переехали на Манхэттен, в крохотную квартирку в захолустной части квартала Трайбека, и все изменилось. Ник вернулся в офис. Его рабочий день длился допоздна. Его одержимость делом впечатляла. Его амбиции не знали границ. Его жена осталась одна.
Разумеется, я понимала, что мужу нужно стараться, чтобы произвести впечатление на свое начальство и выделиться из толпы молодых и голодных архитекторов. Дело было не в задержках на работе — хотя они тоже не помогали. У Ника имелся план, и этот план выглядел так: закончить учебу с лучшими результатами в группе (выполнено), устроиться на работу в солидную фирму (выполнено), жениться на Харпер (выполнено). И как только в квадратике рядом с моим именем появилась галочка, Ник словно… забросил меня.
