— Мне нужно вернуться в свою спальню, — сказал он, не оборачиваясь. То, что он почувствовал себя преданным, было совершенно несправедливо и неправильно, но юноша ничего не мог с собой поделать. Он едва успел получить то, чего, оказывается, всегда хотел, и теперь вынужден был от этого отказаться. Глупее обиды не придумаешь — Иан, уже уезжая из Нильфгаарда знал, что им с Фергусом предстоит расстаться. Принц должен был остаться в Вызиме, стать консортом, мужем королевы и отцом будущих наследников. Юного мага же ждал мастер Риннельдор и неизведанные пока глубины магической премудрости. Иан был готов к этому — так ему казалось. Но он не ожидал, что все произойдет так быстро.
Фергус поерзал, скинул одеяло, подполз к Иану и сел на краю кровати рядом с ним, касаясь юного эльфа только плечом к плечу. Оба молчали. Если бы принцу вздумалось заговорить, напомнить Иану, что до Йуле еще было много времени, что они останутся друзьями, даже разлучившись, что существовали мегаскопы и письма, чтобы не терять связь, что Темерия от Нильфгаарда не так уж и далеко, если подумать, юный эльф непременно грубо заткнул бы его, встал и вышел, не оборачиваясь, даже не одеваясь. Но между ними по-прежнему звенела тишина.
Иан поднял голову и повернулся одновременно с Фергусом. Они подались друг другу навстречу, не успев даже перехватить взгляды. Поцелуй был терпким, неумелым и неловким, Иан продолжал комкать пальцами простыню, закрыл глаза, чтобы пропустить момент через себя, ничего не упуская. Они разговаривали, они делились всем, что до сих пор даже не приходило им в голову, но, казалось, всегда жило в сердцах, и для этого внезапного единения ничего больше не требовалось — только целоваться.
Отстранившись от Фергуса, Иан смог наконец по-настоящему вдохнуть. Улыбнулся и встретил зеркальную улыбку принца — они оба все понимали, тайн и недосказанностей больше не было. И оставалось лишь принять то, что дальше все между ними будет иначе. А как — никто из них пока не знал, но и открывать это им предстояло вместе. Позже, не сейчас.
— Не уходи, — прошептал Фергус, и Иан понимал, что он имел в виду не только эту спальню, не только это прозрачно-белое утро.
— Никогда, — шепнул юный эльф в ответ. Это была смелая, слишком серьезная клятва, которую никто из них не имел права приносить. Но они готовы были дать ее друг другу, ни о чем не жалея. Подумать же о том, как исполнить ее, можно было позднее.
Иан все же ушел к себе, но затем лишь, чтобы умыться и переодеться, и уже через полчаса вернуться в покои Фергуса официальным путем, через нормальную дверь. Принц ждал его.
— Думаешь, госпожа Йеннифер уже проснулась? — спросил он с любопытством, — мы могли бы пойти и разобраться наконец с этой фигуркой. Жалко, что книгу я все-таки украл напрасно.
— Вовсе не напрасно! — горячо заверил его Иан. Они разговаривали совершенно как обычно, словно ничего не произошло, и юный эльф снова, как и едва проснувшись, чувствовал себя очень счастливым. Такое счастье не могло дать ничто, кроме ощущения полной ясности. Они с Фергусом приняли совместное решение, разделили общую тайну, стали еще ближе, чем были. И Иан готов был хранить все это в сердце, как величайшую драгоценность. И вместе с тем, измененные, они остались прежними. — Я сам изучу по ней артефактную компрессию, и скоро смогу освоить это заклятье. Мало ли для чего еще оно может пригодиться. А госпожа Йеннифер, насколько я помню, просыпается рано — она много времени тратит на то, чтобы навести марафет. Так что, если поторопимся, сможем застать ее врасплох, и она не успеет отказаться нам помочь.
Расчет их, однако, не оправдался. Йеннифер они застали уже при полном марафете в комнате, больше походившей на магическую лабораторию, чем на спальню. Кроме изящной резной ширмы, за которой, видимо, пряталась кровать, здесь все было заставлено чародейскими принадлежностями, большую часть которых Иан даже не сумел распознать — мастер Риннельдор либо такими не пользовался, либо не желал подпускать к ним неопытного ученика. В центре комнаты высились три тонкие металлические стойки, в держателях на верхушках которых располагались мерцающие кристаллы.
— Ну наконец-то, — госпожа Йеннифер поднялась из-за низкого изящного столика с высоким зеркалом, перед которым она расчесывала волосы, и шагнула к мальчишкам. Иан от ее внезапного напора едва сдержался, чтобы опасливо не попятиться, вдруг ощутив себя нерадивым подмастерьем, заставившим своего учителя ждать. — Долго спите, ваше высочество, — обратилась Йеннифер к Фергусу, — и вид у вас какой-то помятый. Разве так готовятся к разговору с Императором?