И тут я с ужасом понял, что номер своей комнаты, конечно, не помню, но уже раздалось мерзкое механическое жужжание, свойственное автоматической двери, и я пулей влетел внутрь.
Утром я в последний раз выпил воды с горькой солью, последний раз позавтракал тофу и полусваренным яйцом, нежно попрощался с Леной (она улетала чуть позже), радостно покивал официантке и, переодевшись, пошел к врачу за последними инструкциями.
Он придвинул мне рекомендации по диете, и попросил внимательно прочесть.
– Вам все понятно? – спросил он.
Я кивнул.
– Дома вам стоит также обратиться к следующим специалистам… – и придвинул мне список.
– Да-да, – сказал я. – Спасибо.
– Как вы себя чувствуете? – заботливо осведомился он.
– Все хорошо, – ответил я. – Мне стало гораздо лучше. Правда.
Ася уехала в Армению вместе с подругой, а я остался один в большой квартире.
Если бы квартира была еще маленькая, а то ходишь-ходишь, ходишь-ходишь, так и с ума сойти можно.
В какой-то момент я решил, что, когда Ася приедет, ее надо чем-то поразить. Ну, например, приготовлением еды. И не просто еды, а буквально роскошных блюд.
Сидя ночью на кухне, я потянулся за толстой книгой и открыл ее наугад. Это была «Книга о вкусной и здоровой пище» – бестселлер сталинских времен, сборник рецептов для голодных людей, издание загадочное и по-своему мистическое (ведь всех этих продуктов в реальности почти не было, по крайней мере, многих, а когда книжку издали в первый раз, так там еще продуктовые карточки были в ходу).
Посмотрел и выбрал – «Кролик в белом вине». Прочел три раза – в принципе, ничего сложного. Нужно всего-то ничего из продуктов: плохого белого вина, мясо кролика и немного пшеничной муки. Да, еще морковь (порезать крупно). Ну плюс соль и перец. Должен справиться.
Ночью не спал, много думал.
Вот она приезжает. Вот я ее встречаю в коридоре. Вот она снимает пальто, усталая. И я говорю – ну проходи. А она говорит так раздраженно: куда? А я говорю: прошу к столу. А она – ух ты! И целует меня в губы.
Кроме кролика, конечно, нужно что-то еще к столу. Ну, порежу помидоры. Предположим. С луком. Нет, без лука. Ну, куплю еще банку шпрот на всякий случай.
…Особенно меня заинтересовал соус.
К кролику в белом вине положен соус бешамель. Соус нужно готовить отдельно. То есть кролика тушить, потом жидкость сливать в отдельную кастрюльку, потом все это как бы варишь на медленном огне, постепенно добавляя туда полстакана муки и медленно-медленно помешивая серебряной ложкой.
А потом – вливаешь соус в готовое блюдо и украшаешь зеленью.
Ну что, красиво. Не спорю.
Накануне возвращения Аси из Армении я решил поехать на Черемушкинский рынок. Этот рынок был мне знаком довольно хорошо. «Когда в лихие года пахнет народной бедой», как пел Гребенщиков, имея в виду, конечно, гайдаровские экономические реформы. Вот в эти самые лихие года я довольно часто являлся на Черемушкинский рынок (мы тогда жили на улице Кедрова), чтобы купить колхозной картошки. Был такой специальный «картофельный ряд», довольно длинный, в особой пристройке, где стояли суровые мужики и суровые бабы, то есть женщины, которые продавали по системе «пять за три», или «три за пять», я, конечно, уже не помню, да и деньги тогда были другие. И можно было подойти к ним и неспешно поговорить: «А вот у вас картошка откуда? А она как называется?» Я это любил… Тамбовская, липецкая, воронежская, рязанская, синеглазка, милена, матушка, сиреневый туман, как-как? «Сиреневый туман»! Вам рассыпчатую или для супа? Мне для супа. Да. Мне для супа.
До рынка нужно было ехать на трамвае, приходилось брать рюкзак и насыпать туда килограмм десять, а то и двенадцать. «Двенадцать, не меньше!» – говорила Ася. Тащить было тяжело, но чувство выполненного долга придавало сил.
Рыночная картошка в те годы спасала наш рацион – ножки Буша, которые все равно приходилось покупать исправно ввиду их доступности, вызывали у Аси какой-то священный ужас – такой же, как у меня, к примеру, вызывал тогда питьевой спирт «Ройяль», «туда же гормоны добавляют», – говорила она с чувством, имея в виду, конечно, ножки, а не спирт, но другого выхода не было: мы их ели, готовили из них котлеты или просто жарили с луком и той же морковью.
