Френц страдальчески поморщился: у него зверски раскалывалась голова, и вид неприлично бодрого Герина внушал законное раздражение. На дебильные подначки вчерашнего собутыльника он мужественно не обращал внимания… что возьмешь со штатского.
— Не полагаю, — интеллигентно улыбался барон фон Тарвенг.
Оказывается, он не только прочитал то бредовое письмо Герина, но и искренне проникся его идеями: захватить власть посредством переворота, не меняя новой идеологии, а прогибая ее под себя. План был таков: наладить контакт с определенным членом правящей клики, а остальных убить.
— Как убить? — заинтересовался Герин.
Есть средство, туманно поведали ему, подобное огню с небес. Герин напрягся.
— Или геенне огненной, — внезапно очнулся от абстиненции граф фон Аушлиц. — Выжигает все нахуй, друг мой. Такое вот вундер бляддь ваффе.
Барон дернулся и перекосился, явно недовольный красноречием помощника.
А Герин усмехнулся, удовлетворенно откидываясь: одно слово Френца убедило его в серьезности намерений собеседников. И это была, конечно, не площадная брань, естественная для солдафона, а, наоборот, древне-дойстанское “вудерваффе”, совершенно неуместно звучащее в его устах. “Чудо-оружие”, о котором так много толковали в научных кругах… Дойстанцы традиционно были сильны в химии и биологии, и биологические изыскания увенчались успехом… Или были на грани успеха — во всяком случае, этой грани оказалось достаточно для того, чтобы извести его семью. Химические — видимо тоже, ведь что еще можно назвать “огнем с небес” и “геенной огненной”, как не негасимый химический огонь льющийся с самолетов. Барону, значит, повезло заполучить эту технологию.
— А мор, — спросил Герин, нехорошо щурясь. — Мор и казни египетские — не излились ли благословением в наши руки?
— Излились, — холодно заметил барон. — Но это оружие не для своего народа, не так ли?
— Да, — согласился Герин, покосившись на дверь. За ней, он помнил, сидели белокурые молодчики с веселыми глазами. — Как же вам удалось добыть это благословение?
— Я всего лишь исполняю свой долг, по мере сил заботясь о попавших в беду соотечественниках.
Значит, проницательно догадался Герин, технологии попали нам в руки вместе с учеными. Нам? Да, нам, он с удовольствием ввяжется в эту авантюру, ему все равно было где жить, лишь бы на свободе, но подыхать — подыхать он предпочтет на Родине, спасибо, барон, за этот выбор.
— Альбионрих… да и местные франкширские власти отдадут за это… много, барон.
— Они уже отдали многое, — сверкнул глазами тот, его интеллигентное лицо маниакально исказилось. — Отдали многое, чтобы разорвать изнутри Дойстан ради нашего вундерваффе! Словно юную мать, которую растерзали, дабы вырвать драгоценный плод…
Герина передернуло от этого сравнения. Полно, понимает ли барон, что за ересь несет? Хорош драгоценный плод… Но фон Тарвенг продолжал, словно в трансе, не замечая нелепости своих слов, упираясь горящим взглядом в глаза Герина:
— Но наш народ, даже одурманенный ложью, о которой вы, господин фон Штоллер, писали столь убедительно, сохранил свою божественную суть, они не поддались гнили Альбионриха, и наши враги попали в собственную ловушку! Они подкосили себя своими махинациями и взрастили младого зверя под боком — на месте старого ленивого Дойстана. И вы правы, совершенно правы, бесполезно и кощунственно покушаться на этого юного зверя, его следует приручить… И я верю, что это мое предназначение, и что вы, фон Штоллер, поможете мне на этом пути.
— Да, — согласился Герин, полуприкрыв глаза, он вспоминал добродушных лавочников своего города, в один день превратившихся в озверелых ублюдков. Так вот она какая — божественная суть его народа. Легко и весело — быть дойстанцем. И ни о чем не надо думать. — Из вас получится очень харизматичный лидер, барон. Но, пожалуй, не стоит тратить время на переговоры с членами нынешнего правительства, легче всего просто похитить подходящих и принудить их к сотрудничеству… в течении пары дней. Потом убить остальных. Единственное, к чему надо подгадать операцию — это к очередному их идиотскому съезду, дабы божественный огонь… ну вы понимаете. Я знаю лесную базу с посадочной полосой неподалеку от столицы, даже если там и есть охрана, она не будет многочисленной, мы выжжем ее. Подходят ли мои скромные предложения к вашему блистательному плану?
— Операция “Полет Валькирий”, — заржал Френц и тут же болезненно сжал виски.
— Это нечеловечески божественно, — прошептал барон фон Тарвенг. — Полет Валькирий… Но я так понял, что вы желаете лично возглавить операцию, фон Штоллер?
Герин пожал плечами, полет Валькирий, надо же, прекрасная музыка…
— Выбор за вами, барон.
— Полагаю, у нас нет иного выбора, как довериться вам, — медленно произнес фон Тарвенг. — Эта посадочная полоса и решения на местности, вряд ли я найду человека, который разберется с этим лучше вас.
— Следующий их съезд примерно через два с половиной месяца, у нас будет время подготовиться и научиться доверять друг другу, барон.
— Я дам вам мою лучшую команду летчиков, фон Штоллер, надеюсь, вы с ними сработаетесь.
