Я же ходила по кругу в попытке выяснить, что пошло не так, что делать теперь и как с этим смириться. Как минимум дюжину раз я брала телефон, находила его номер в списке контактов то ли по чистой привычке, то ли из‐за негодования и желания получить ответы. Черт возьми, я заслуживала ответы, а не неумелые отговорки, которые он мне предоставил. Но каждый раз занося палец над вызовом, я замирала. Боль, злость, растерянность, гордость…. миллион вещей сдерживали меня.
Я схватила кофе с прикроватного столика и допила вот уже вторую чашку за утро. Прошло не более трех‐четырех часов, которые я провела в ночных кошмарах и приступах плача. Аппетита совсем не было. Вот почему я держалась на кофеине, печали и воздухе.
Проворочавшись еще полчаса под одеялом в компании ноутбука, я заставила себя вылезти из постели и отправиться в душ. Я увеличила температуру воды почти на максимум, смыла жир с волос и долго‐долго плакала, стоя под струями воды. Как только мое горло охрипло, а кожа покрылась морщинками, я схватила полотенце, вытерлась и переоделась в чистую пижаму. Я не собиралась выходить на улицу, так какой был смысл заморачиваться? Душ и так стал моим самым большим достижением за последние два дня.
Даже если внутри я все еще чувствовала себя мертвой.
Хотя и снаружи выглядела не лучше. От слез моя кожа покрылась пятнами, а глаза покраснели и опухли. Я почти ничего не ела. Не то чтобы я не пыталась, но от одного вида еды у меня скручивало живот, так что совсем не есть было легче.
Друзья поддерживали меня, но почему‐то их усилия не приносили утешения. Я хотела побыть одна. Шивон готовила и пыталась уговорить меня поесть. Дерек без конца слал сообщения, в которых спрашивал, как я себя чувствую. А Зара и Ноэль любезно предложили на некоторое время взять на себя мою работу в газете. Было мучительно спихивать это на них, но у меня не осталось особого выбора. Я еще не была готова появляться на публике, не говоря уже о том, чтобы ходить на матчи и делать заметки.
К тому же на этой неделе «Скамейка Штрафников Онлайн» назначила мне второе собеседование по видеосвязи. Как я должна была его пройти, когда внутри практически разваливалась на части?
Когда я вышла из своей спальни, Шивон, устроившись на диване, смотрела документальный фильм о преступлении. Странный выбор для полдесятого утра, но я уже успела заметить, что ее вкусы были очень разнообразными.
Постоянные слезы в течение двух дней давали о себе знать, так что даже после горячего душа у меня все болело. Я пошаркала на кухню и налила себе еще одну чашку кофе. Мне не помешало бы позавтракать, но желания что‐либо съесть совсем не возникало.
У столешницы я задумалась, стоит ли мне поговорить с Шивон о том, над чем я так долго размышляла. Что мне было терять? Чейз ведь уже от меня ушел.
Так что я отправилась в гостиную и устроилась рядом с ней на диване.
– Могу я тебя кое о чем спросить?
– Конечно, – Шив поставила фильм на паузу и повернулась ко мне. При взгляде на меня выражение ее лица смягчилось. – Ты в порядке?
– Не совсем, – призналась я. В горле снова начал образовываться ком, но я собралась с силами и сглотнула. – У меня вопрос. Только если этот разговор останется между нами. Ничего страшного, если вы с Далласом ничего друг от друга не скрываете. Тогда я просто не стану спрашивать.
– Говори. Я обещаю ничего ему не рассказывать.
Я доверяла Шивон. В отличие от Амелии и Джиллиан, которые не могли не разболтать все друг другу или своим парням, она точно выполнила бы мою просьбу.
– Можешь раздобыть мне номер Кристен? Или узнать, где я могу встретить ее в кампусе. Мне нужно с ней поговорить.
– Скорее всего, я смогу это вычислить, – наморщила лоб Шив. – Но зачем?
– За этим, – я разблокировала телефон и показала фото, что Люк прислал мне. Только тут до меня дошло, как странно, что это фото оказалось у Моррисона. Я была так шокирована, что до настоящего момента даже не рассматривала возможной связи между его сообщением и приездом Чейза (и последовавшим за этим крахом всей моей жизни). Люк что, преследовал Чейза? А меня тоже? От этой мысли у меня скрутило живот.
– Странно, – нахмурилась рассматривающая экран Шив.
– Правда же?
Я нажала на кнопку сбоку и положила телефон на колени, стараясь не смотреть на экран блокировки, на котором все еще красовалась наша с Чейзом фотография с приема. Я не могла найти в себе силы поменять заставку. Но каждый раз при взгляде на нее тысяча крошечных порезов появлялась на сердце. Я отложила телефон в сторону и сделала глоток обжигающе горячего кофе, молясь, чтобы кофеин компенсировал недостаток сна и сильное эмоциональное истощение. Такими темпами мне понадобился бы весь кофейник, чтобы справиться с изнеможением.
Шивон подперла подбородок рукой и сделала глубокий вдох, скорее всего, сомневаясь, говорить или нет.
