— Вот видите! Я же говорил! Я знал, что это придаст ему сил; потрясение всегда очень стимулирует Плектров! Ещё немного, и он сделается совершенным!
Однако до этого было ещё очень далеко. Едва он пришёл в себя после учинённого разгрома, мебель и посуда снова полетели по комнате, а любой входящий немедленно получал такую энергетическую затрещину, что просто с ног валился. Мастера хотели некоторое время понаблюдать за переменами, произошедшими с «Огненной Розой», как сами теперь именовали Плектра Адмони. Не студента, а настоящего Плектра! И думали было не мешать ему проявлять свою силу, но, после того, как он поджёг свою палату одной только искрой желания сделать это, Мастера надавили на него, и он оцепенел. И до тех пор, пока раны не зажили, он пребывал в состоянии транса, как после той страшной ночи. А едва только тело его оправилось от повреждений, Мастера сняли невидимые оковы и принялись чинить неисправный разум Рейзы. Некоторое время он казался спокойным, хотя и несколько отрешённым, но его поведение уже почти не вызывало опасений. Давление на его волю ослабло, доза успокоительного уменьшилась настолько, что он смог наконец совладать с собой, и первое, что он сделал — сбежал! Прихватил немного воды, питательный концентрат и одеяло; возвращаться в свою комнату не стал, а украл одежду одного из работников и направился к выходу. По пути он вынес мозги нескольким охранникам, пытавшимся помешать ему уйти, завладел небольшим служебным вездеходом и вырвался в пустыню. Никакого плана действий у него не было: он просто хотел освободиться, исчезнуть. Может быть, удалось бы добраться до Бит — Дакура — самого большого города на севере. В этом городе всегда было много людей из народа Касдим, но «Плектрону» они, говорят, не подчинялись, и ему там было бы проще затеряться, среди своих по крови, Да и вообще, город просто кипел жизнью. Говорили, что все искатели приключений, отщепенцы и беглые рабы стекались туда в поисках вольности и удачи, и он тоже захотел попытать счастья. Хотя, по правде сказать, слово «счастье» теперь ничего для него не значило: он просто должен был вырваться, чтобы не покоряться своим палачам, что бы никогда больше не видеть ненавистного Амита Рафи. И он почти наугад махнул через пустыню. Через два дня пути его настигла магнитная буря, вездеход вышел из строя. Он сбился с пути и оказался один на один с песком, с палящим солнцем полудня и ледяным холодом полночи. Ещё день он брёл не зная, куда, пока силы не оставили его. Он упал, стараясь укрыть обожжённое лицо от нестерпимого солнечного сияния, сознание его стало меркнуть… «Ты же знаешь, что по-настоящему дорог мне, и я, сколько буду жив, столько буду хранить это чувство к тебе, и столько буду любить тебя!»… Амит… «Да будь ты проклят, подонок! Ты хуже всех! Я ненавижу тебя, лжец, предатель! Ты всё у меня отнял, ты разбил мне сердце! Я никогда не прощу тебя!» Он судорожно сжимал и разжимал истончившиеся пальцы, загребая горсти песка, снова роняя их возле себя, и песок уже забил его пересохший рот, не давая вздохнуть глубоко. Он почувствовал, что засыпает. Наконец-то! Лучше уж так, чем вернуться в «Плектрон». Вот только пить очень хочется. Напиться бы сейчас!
Неожиданно он ощутил, что губ его коснулось что-то влажное и холодное. В тот же момент удивительно вкусная вода тонкой струйкой потекла ему в горло, он было закашлялся, но тут же снова жадно глотнул, потом ещё и ещё. Это казалось бредом, игрой воображения — он так и подумал, но вот раздались голоса у него над головой; кто-то приказал нести его в машину. Железные ручищи сдавили тело юноши, сильным рывком подняли его в воздух, и через мгновение он оказался в прохладном полумраке кузова большого вездехода. Как-то до странности ясно он определил, что это именно вездеход, и что эти люди искали именно его, Рейзу, а теперь они возвращаются в «Плектрон».
— Поехали! — Скомандовал старший группы, и машина загудела, закачалась, пробираясь по бездорожью убийственной пустыни. — База, я восьмой! Объект на борту, нужна помощь! Приём! — Рейза снова отключился.
