Наказывать его не стали. Мастер Ноах убедил Совет, что тяжелейшее испытание, через которое Рейза прошёл в пустыне, само по себе есть наказание, и юноша, несомненно, усвоил этот урок. Так и было: он понял, что ему не сбежать так просто. Он не знает мира вокруг, у него нет сил и опыта. Да и положиться больше не на кого. Теперь он навсегда одинок, и никто не захочет помочь ему по доброй воле. По этому, едва немного окрепнув, он снова попытался сбежать, но на этот раз принудил начальника стражи помочь ему. Рейза просто подошёл к нему и посмотрел ему в глаза. Через несколько мгновений солдат упал к его ногам и стал целовать полы его накидки, убеждённый, что минуту назад получил самое невероятное, самое упоительное наслаждение, и счастлив теперь стать рабом этого прекрасного ангела до конца своей жизни. Он тайно вывез на своём вездеходе Рейзу за пределы академии, и они вдвоём двинулись через пески. Начальник охраны, его звали Зевулон, позаботился обо всём: о припасах, о комфорте своего повелителя, и на этот раз юному Плектру даже показалось, что он сможет вырваться. Продвигались они быстро, и уже через три дня на мониторах вездехода появились очертания города Урим — первого из городов, принадлежащих Касдимам. Рейза не собирался здесь задерживаться; очень уж сильна среди Касдимов власть Великого Магистра Габриеля, да и город слишком мал, что бы затеряться в нём. Он не прочь был бы вообще не заезжать в его пределы, но Зевулон хотел пополнить припасы, и они двинулись прямо к городу. Рейзу охватило неясное беспокойство. И чем ближе они подъезжали, тем сильнее становилось это мерзкое, пугающее чувство, и наконец Рейза не выдержал и потребовал направить вездеход в другую сторону. Но его рыцарь в конец одурел от того давления, которое всю дорогу оказывал на него Плектр, и не смог сразу правильно оценить положение. Некоторое время он продолжал двигаться к Уриму, и напрасно Рейза кричал ему, что это ловушка; что, если они сейчас вернутся в пустыню, у них ещё будет шанс ускользнуть от преследователей, что, если их схватят, они оба погибнут… У него не хватало опыта и сил полностью контролировать своего слугу. Он сумел внушить ему рабскую преданность, но не мог заставить его поступать всё время против собственной воли. И Зевулон, опьянённый безрассудным обожанием, отвечал только, что защитит своего повелителя, что никто не сможет причинить его прекрасному Рейзе вред. Он, Зевулон, будет драться не на жизнь, а на смерть за него, своего ангела! И скоро ему представилась возможность подкрепить свои слова делом. Уже возле самых врат города Рейза смог — таки заставить его повернуть, и они стремительно понеслись обратно в пески, но было поздно. Их засекли стражи города, предупреждённые о возможном появлении беглецов, и за ними в погоню бросилась целая армада дестройеров. Их вездеход был намного мощнее, чем мелкие, устаревшие машинки местных вояк, и, возможно, Зевулон смог бы сдержать данное Рейзе обещание и спасти своего возлюбленного, но два беспилотных квадрокоптера, зависшие над ним, с воздуха расстреляли их. Сработала активная защита, и беглецы не пострадали, но машина была повреждена и потеряла скорость. Преследователи нагнали их, завязалась схватка. Но длилась она не долго; более опытные в военном деле солдаты Урима вывели оружие вездехода из строя, в то же время стараясь не навредить в серьёз тем, кто был внутри машины. Рейза наконец вспомнил о своих способностях и применил их; с десяток нападавших навсегда остались лежать на окровавленном песке, но силы были слишком неравными, и вскоре беглецов схватили. Зевулон действительно дрался до конца, и только строжайшее повеление Великого Магистра не причинять обоим пленникам вреда удержало солдат Урима от расправы, хотя они и смогли немного отвести душу. Особенно досталось, конечно, бывшему начальнику охраны «Плектрона». Мальчишке они не посмели причинить серьёзного вреда, опасаясь гнева Плектров, но обоих, от греха подальше, накачали наркотиками и сделали совершенно беспомощными. Вскоре прибыли люди из академии, и забрали своих дезертиров. Вот тогда он впервые попытался наложить на себя руки. Он знал, что его ждёт нескончаемый кошмар — смерть при жизни, гибель как личности. Он слышал мысли Мастеров и слова брата Рама о «мёртвой воде»: тот считал это единственно возможным способом сделать его подходящим для служения. Никто из учеников, конечно, ничего точно не знал о том, что это за вода такая, и почему она «мёртвая», но все шептались о том, что это смерть души. Говорили, что человек становится послушной, безропотной «нежитью», готовой исполнить любой приказ, принять для себя или совершить любую мерзость — и мысли об этом были невыносимы. Он не хотел становиться таким. Не хотел разрушать, не хотел опускаться в болото грязного разврата и жестокости. До той страшной ночи в комнате Амита он наивно надеялся, что сможет избежать этого, что для него найдётся другое занятие, не связанное с блудом, садизмом и убийствами, но теперь иллюзий у него не осталось. Он знал, что, если сейчас вернётся в «Плектрон», очень скоро его принудят стать кем-то другим: Плектром Огненная Роза, а не Рейза Адмони. Так что это его последний шанс спасти свою душу, и он решил попытаться. Действие наркотиков прошло, но Рейза претворялся слабым и беспомощным так успешно, что конвоиры поддались на его обман. Руки его не были скованы — солдаты посчитали это излишним: мальчик казался совершенно неспособным к физическому сопротивлению, а Мастер Рам строго — настрого запретил причинять ему боль. Зевулон же никак не желал угомониться, и даже отрава и побои не могли сломать его. Как только дурман в его голове немного рассеялся, он принялся бушевать, но солдаты не решились вкатить ему новую дозу наркотика: он мог умереть, а великий Магистр приказал его привезти живым. Так что он стал причинять им немалое беспокойство. Из-за этого всё внимание досталось Зевулону, а за Рейзой никто особенно не присматривал. Стражники академии обучены противостоять воле Плектров, но это при явной атаке на мозг. Рейза поступил иначе. Потихоньку, незаметно, он разрушил их ментальную защиту и, когда выбранный им охранник отключился, он завладел его личным дестройером, немедленно приставил короткое дуло к своему подбородку и нажал на курок. И ничего не произошло! Он нажал ещё раз, и снова ничего! Он не умел пользоваться оружием и не смог привести его в действие: боевой режим был временно заблокирован предохранителем. Он поздно понял это, и когда попытался активизировать оружие, другие конвоиры уже заметили это, и тут ему досталось по-настоящему!
