– Дарья – дареная, подаренная, – проговорила Тамара.
– Подаренная? Кто же такие подарки дарит? – отшатнулась Милка.
– Находятся люди, – усмехнулась Тамара и, обняв Милу, добавила. – Ты разве не знаешь еще, откуда дети берутся? Я ее родила. А в роддоме сказали, что дети – Божий дар. Поэтому она – подаренная, – не моргнув глазом, соврала про роддом Тамара, и сама удивилась, как у нее это легко вышло. – Всем нам однажды жизнь дали, подарили. А могут ее у нас и забрать….
– Как забрать? Когда? – испугалась Милка.
– Когда люди умирают, тогда жизнь и забирают, – пояснила Тамара.
– Да, вы правы, – проговорила Мила растерянно.
Тамара взяла на руки плачущую Дашу и запела веселую песенку на непонятном языке. Девочка успокоилась, улыбнулась, смешно вытянула губки.
– Это Людмилка, – пропела Тамара и потерлась носом о щечку дочери.
– Агу! – ответила Даша и пустила смешной пузырек слюны изо рта.
Тамара и Мила рассмеялись, уж больно это вышло комично. Даша внимательно посмотрела на смеющихся женщин и пустила еще один пузырек.
– Тетечка Тамарочка, а как же вы одна справляетесь?
– Кручусь помаленьку, – опустив глаза, проговорила Тамара, голос дрогнул. – Пытаюсь выход отыскать.
– Нашли? – Мила внимательно посмотрела в грустные глаза Тамары.
– И-шу, – раскачиваясь из стороны в сторону, ответила Тамара и отвернулась к окну, чтобы Мила не увидела ее слез, которые полились по щекам и не желали останавливаться.
Одна слезинка упала Даше на ручку. Малышка испуганно округлила глаза и засопела. Постепенно сопение перешло в интенсивный рев. Теперь Тамара и Даша ревели дуэтом.
– Милые вы мои, – не удержалась от слез Мила. – Дашенька, иди я тебе сказку расскажу. Пусть мамочка личико умоет. Не плачь, не плачь, я куплю тебе калач…
Мила принялась перебирать в памяти детские стишки про Мишкину лапу, про бычка и про жука, который громко крыльями стучал, запрещая ссоры, про зайку, которого бросила хозяйка, про паровоз и самолет, который должен увезти их в полет. Даша успокоилась и с интересом слушала Милку, которая пыталась доработать мимикой то, что не помнила в стихах.
Тамара в это время была в ванной, умывала лицо холодной водой. Чтобы успокоиться, она то запрокидывала голову, то опускала ее вниз под струю воды. Но рыдания не прекращались. Восстановить равновесие Тамаре мешала память, которая вращала калейдоскоп событий, причиняя ей невыносимую почти физическую боль. Тамара видела, как Виктор стучит по столу кулаком, приказывая делать аборт. Потом, как заплаканный Андрей умоляет ее выжить, жить ради него. Она выжила, но потеряла сына, осталась одна. И теперь испытывает страх, безысходность, свою никчемность, ненужность никому в этом мире, кроме маленькой девочки по имени Даша…
Тамара явственно увидела Матрену, сидящую в кресле с малышкой на руках, укутанную в красивое покрывало цвета неба. Вспомнила дорогое кружевное белье, теплые пирожки с малиной.
Душу Тамары наполнили нежность, доброта и любовь Они-то и заставили утихнуть поток слез. Пустота, безысходность, одиночество разом отступили. Тамара улыбнулась своему отражению в зеркале, сказала:
– У меня есть для кого и ради кого жить! У меня есть мама, которая мне поможет, обязательно поможет. Нам нужно жить. Да, да, да… жизнь прекрасна, несмотря ни на что. Я буду жить. Мы будем жить! Все у нас наладится, обязательно наладится…
Тамара промокнула лицо пушистым полотенцем и с улыбкой вышла из ванной. Она обняла и расцеловала Людмилу, спросила:
– Ой, а где же моя Дашенька?
– Я ее спать уложила. Накрыла необыкновенным одеялком. Оно такое небесно-голубое, точно краешек неба. Я так Даше и сказала:
– Какие стихи хорошие, – улыбнулась Тамара.
– Да? – смутилась Мила. – Я даже не поняла, что стихами заговорила.
– Стихами, стихами, как настоящий поэт, – похвалила ее Тамара.
– А я собралась уфологом быть. Стихи с внеземными цивилизациями совместимы или нет? – спросила Мила.
– Зачем тебе уфология? – удивилась Тамара.
– Ой, – спохватилась Мила. – Мы же наблюдали одновременно луну и солнце. Игорь все сфотографировал. А на снимках вместо светил лица проявились. Одно мужское, другое женское, точно они друг на друга смотрят влюбленно. Причем парни узнаваемы, а девушки совсем неизвестные. Мы для вас тоже фотографии сделали, а они сгорели. Все разом заполыхали…
– Погоди, я ничего не могу понять, – забеспокоилась Тамара. – Зачем мне какие-то парень с девушкой?
– Да на снимке Андрюха ваш был. Вот мы для вас и сделали. А тут полтергейст. Все снимки у мамы в руках загорелись. Она их на пол бросила. А потом в лаборатории тоже загорелись. Остались кучки пепла. Пожар возник вдруг и сам себя мирно ликвидировал, не причинив никому вреда. Жаль, фотографий не осталось. Там наши мальчишки с барышнями были.
– С кем? – переспросила Тамара.
