План Эсэна был нарушен неожиданным поворотом событий. Минские придворные чиновники сместили захваченного императора, возвели на престол его брата и отказались от переговоров с ойратами. Кочевники немедленно предприняли поход на Пекин, но не смогли взять его штурмом. Когда Эсэн получил известие о том, что на помощь столице с юга должны подойти свежие войска, он вернулся в степь, ограбив территорию вокруг Пекина. Эсэн имел теперь на руках лишь пленного императора, причем последний не только стал совершенно ненужным, но и превратился с политической точки зрения в обузу. Захватив императора, ойраты поначалу надеялись получить за него огромный выкуп и заключить выгодный мирный договор. Эсэн был шокирован, узнав, что Мин намеревается оставить ему своего правителя без выкупа. Ничего не получив, в 1450 г. Эсэн возвратил бывшего императора в Китай. Это нанесло огромный удар по престижу лидера кочевников.
Империя Эсэна была в 1450 г. на вершине могущества, но неспособность получить огромный выкуп за минского императора разочаровала многих последователей ойратского правителя, и их недовольство вскоре привело к появлению политической оппозиции. Эсэн подавил восстание, которое разразилось среди восточных монголов после того, как он казнил одного из их вождей. Он также столкнулся с восстанием, организованным его собственным марионеточным ханом из числа Чингисидов Токто-бухой, которое вспыхнуло после попытки изменить форму наследования этой должности. Токто-буха был убит, и на его место поставлен новый хан. Чтобы централизовать империю и предотвратить возможные попытки захвата реальной власти со стороны Чингисидов, Эсэн убил преемника Токто-бухи и в 1453 г. провозгласил себя ханом. До этого он довольствовался титулом
План Эсэна мог бы стать успешным, если бы он добился большого выкупа и торговых привилегий от Китая и тем самым ослабил оппозицию. Разрыв с почтенной генеалогической традицией после периода внутренних раздоров и непродуктивных взаимоотношений с Китаем был очень рискованным делом, так как политическое положение, особенно среди покоренных восточных монголов, оставалось нестабильным. Сначала, однако, Эсэну как будто повезло. Китай наконец согласился принять ойратское посольство, которое пригнало к границам Мин лошадей и получило взамен 90 000 кусков ткани. И все-таки возмущение монголов тем, что они считали узурпацией верховной власти, было велико. Эсэн не являлся потомком Чингис-хана, и его действия были расценены как противозаконные именно тогда, когда он столкнулся с политическими проблемами и восстаниями по всей территории империи. Несколько вождей, решивших, что их вознаграждение недостаточно, в 1455 г. убили Эсэна. Ойратская империя распалась.
Политическое поражение Эсэна после ряда военных побед указывает на слабость кочевой империи на данном этапе ее развития. Единство ойратской империи удерживалось с помощью силы, да еще благодаря популярности Эсэна среди народа. Если бы Эсэн оказался способен организовать выгодные взаимоотношения с Китаем, этот хрупкий политический контроль был бы подкреплен увеличением потока товаров из Китая в степь и обратно. Первоначально вторжение Эсэна в Китай и имело целью создание такой системы. Пленение императора, хотя и было великой победой, стало в конце концов фатальной ошибкой на пути достижения этой цели. Кочевники, жаждавшие немедленного обогащения, не получили ничего. В этом они обвинили Эсэна, и те вожди, которые были недовольны его правлением, использовали предоставившуюся возможность, чтобы уничтожить своего хана. Смерть Эсэна ознаменовала собой конец первой попытки создания кочевого государства в период существования династии Мин.