Но священник не остановился, продолжив неистово молиться за изгнание злого духа.
Отпустив Огниву, божество с ненавистью уставилось на образы святых мучеников.
– А что, вполне символично, – задумчиво изрек Чернобог. – Еще одна несчастная закончит свой земной путь у вас на глазах. А вы будете стоять и реветь, подставив другую щеку.
Тем временем девушка схватила напольный подсвечник и ударила древнего по спине. Искры разлетелись в стороны. Но тот даже не поморщился. Развернувшись, он ударил сильно, наотмашь. Девушка упала возле иконы Сергия Радонежского и затихла.
Хлопнув в ладоши, Чернобог подошел к иконам и провел рукой снизу вверх своим грязным ногтем, словно закройщик разрезает ткань ножницами.
И Лазарь, открыв рот, затих, наблюдая, как разрывалось пространство, открывая портал.
Лазарь плакал – в его церкви творилось зло, но он был не в силах что-либо изменить. Нежить, вторгшаяся в святую обитель, творила бесчинство!
Часть стены треснула по швам, на пол посыпалась штукатурка, открыв взору яркие краски некоего густого тумана. Казалось, сама Вселенная сжалась до невероятных размеров, закрутив водоворот из звездной пыли.
– Изыди, – властно произнес Чернобог. Затем подхватил девушку и поднес к порталу.
Огнива наконец пришла в себя и стала извиваться змеей, пытаясь высвободиться из стального захвата. Но для божества это было сродни комариному укусу.
Девушка практически оказалась в разломе, едва успев зацепиться руками за каменные края. Вихрь впился в ее огненные волосы и стал выматывать жертву, заставляя потерять последние силы.
И тут Лазарь сделал медленный шаг в направлении гостя. Чернобог не заметил этого движения, наслаждаясь долгожданной победой.
Сопротивляясь, Огнива нашептала заклятие и протянула руку, прижав ладонь к щеке нежити. Древний взвыл, почувствовав жгучую боль.
А девка была не так проста! Впрочем, Велес предупреждал его о ее способностях. И, хотя его силы сейчас были не так велики, как пару тысяч лет назад, простой смертный вряд ли сможет его побороть.
Вселенная сменилась серым туманом, внутри которого происходили грозные раскаты молний: из густого мрака к девушке потянулись черные змеиные головы. Секунда – они вцепились ей в лицо и плечи, резко потянув. Чернобог ослабил хватку, отпустив жертву в свободный полет. В этот самый момент шею древнего божества внезапно обхватила острая нить. Новая боль оказалась нестерпимой.
– Держи и не отпускай ее, тварь! – прошептал на ухо настоятель, сильнее сжав четки.
Чернобог взвыл, но подчинился. Символ чужой веры буквально разрывал его, вгрызаясь в податливую плоть.
Темные существа, что вырвались из разлома, негодовали! Жертва никак не хотела расставаться с реальным миром.
– Что, выкусил? – сквозь зубы процедил Лазарь. И на его лице возникла победоносная улыбка.
Чернобог был на грани. Земное тело пылало изнутри настоящим огнем – немыслимые страдания для простого человека. Но не для бога! И пускай древний находился сейчас на грани, он был несказанно счастлив. Давно ему не приходилось испытывать подобного наслаждения! Но близость поражения лишь придала силы.
Извернувшись, Чернобог наконец умудрился втиснуть ладонь между нитью и собственной шеей. Секунда – Огнива, издав сдавленный стон, исчезла в разломе, а ее спаситель отлетел в сторону, ударившись о стену.
Чернобог обернулся и зло сжал окровавленные кулаки. Он был в ярости! Желание расправиться с девчонкой и тем самым угодить Велесу казалось важнее собственного существования. Ведь задумка древнего божества могла изменить многое, если не все. А ему не хватило какой-то жалкой минуты. Если бы не этот упертый священник, Огниву забрала бы к себе пустота. А теперь девушка просто оказалась за кромкой. И при нужном подходе и должной помощи могла вернуться. Конечно, это маловероятно. Но шанс все-таки существовал.
Приподняв священника, Чернобог сплюнул кровью и произнес:
– Как же я ненавижу ваше крысиное племя, церковник!
***
Артур приблизился к долговязому врачу и, продолжив сомневаться в собственных догадках, все-таки спросил:
– Простите, ваше имя, если я не ошибаюсь, Свят?
Представитель асуров мило улыбнулся и покачал головой.
– Вы во многом не правы.
– В чем именно? – уточнил майор.
– В том, что я и мой брат один и тот же человек. Внешняя оболочка для моего народа абсолютно неважна. Наша уникальность располагается немного в иной проекции. И не стоит переживать по данному поводу, людям тяжело мыслить подобными понятиями.
Смущенно кашлянув в кулак, Артур поругал себя за неосмотрительность. Думать, находясь в непосредственной близости с потомками атлантов, все равно что кричать во всю глотку. Наверное, именно так родилось выражение «слишком громко думать».
Асур засунул руки в карманы белого халата и стал медленно спускаться по ступенькам.
– Я слушаю вас, майор. Спрашивайте. Я постараюсь ответить на все вопросы. Даже самые неудобные.
Подстроившись под неспешный шаг врача, Артур неспешно начал:
– Подскажите, как продвигается лечение Леванцова? Он идет на поправку?
Вместо ответа врач издал протяжный вздох.
– Все так плохо?
