– Придется нам сторожить его всю ночь, – грустно предположила мавка.
– Никто не торопит, это радует, – откликнулся Карл.
– В этом ты прав.
Выйдя на улицу, Вика дошла до ближайшей кофейни – взяла себе американо, напарнику – латте и направилась обратно к церкви. Остановилась на пороге. Посмотрела вверх. Ее взгляд привлекли золотые купола. Их яркие отблески на фоне темнеющего неба удивительного багрового цвета казались чем-то нереальным. Умопомрачительный по красоте вечер. И им можно было бы любоваться бесконечно, если бы не ужасная трагедия, что произошла сегодня в стенах монастыря.
Мавка зябко поежилась. Но не от холода, а от внутренней слабости. Хочешь не хочешь, а она нечистая сила, и ей в святую обитель путь заказан.
Когда она вернулась, Карл сидел в той же позе. Рука его слегка подрагивала, глаза были закрыты, а с губ срывался едва различимый шепот. Внезапно воцарилась оглушающая тишина. Карл опустил голову, упершись ладонями в пол, словно собирался молиться.
Стараясь не нарушать тишины, Вика сделала короткий глоток, и в этот самый миг в вечернем сумраке раздались сотни певучих голосов. Потушенные свечи вспыхнули все разом и очень ярко! Выпучив глаза, мавка уставилась на верхний ярус, где возникла фигура в черной рясе.
Карл распрямил спину и уставился на винтовую лестницу – на его лице сияла умиротворенная улыбка.
– Что происходит? – испуганно произнесла Вика.
– Они хотят показать, – с придыханием ответил Карл.
Священник спустился вниз, прошелся вдоль зала и указал на скрытую шторой пристройку. Потом обернулся, внимательно посмотрел на мавку. Она растерянно косилась по сторонам и, лишь догадавшись, что происходило, покорно отступила к стене. За ее спиной стояла рыжеволосая девушка с ярко-рыжими волосами. Было видно, как она что-то сбивчиво объясняла настоятелю и указывала на маленькое решетчатое окно.
– Я ничего не вижу, – прошептала Вика.
Карл лишь пожал плечами и, встав на ноги, направился к алтарю. Подобное происходило с ним довольно часто: вначале он вел себя довольно активно, но в какой-то миг отвлекался и, внезапно теряя интерес ко всему происходящему, молча отходил в сторону, выпадая из жизни. Остановившись возле иконостаса, он закрыл глаза и затих.
А вот мавка не могла оторвать взгляд от священника и внимательно следила за передвижением призрака.
Переместившись к шторе, дух развернулся на месте. Его образ стал тусклым, практически прозрачным.
Вика оказалась у него за спиной. Штора пошевелилась от сквозняка, которого не было. Ощутив, как запульсировали виски, мавка все-таки заставила себя протянуть руку и прикоснуться к холщовой преграде, в ту же секунду ощутив тошноту и головокружение. Но даже это не помешало ей довершить начатое.
Резко одернув штору, она отпрянула назад. Перед ней, словно из-под земли, вырос двухметровый силуэт, сотканный из тысячи мелких насекомых. Вытянутое лицо, ниже колен руки – существо лишь отдаленно напоминало человека, на которого натянули безразмерный свитер, только вместо шерсти используя миллионы, а может, даже миллиарды комаров.
– Кто вы? – машинально спросила мавка.
Она не ждала ответа. Духи не имеют голосов. Может быть, именно по этой причине звук, раздавшийся в тишине, заставил ее испуганно вздрогнуть. Комариное жужжание раздалось возле самого уха. Вика дернула рукой, хлопнув себя по щеке. Попыталась найти взглядом мелкого кровопийцу, но нашла лишь призрачную черную мушку, что надоедливо кружилась перед глазами.
Незнакомец, безобидно покачиваясь на месте, внезапно сделал решительный шаг вперед и набросился на священника. Сопротивление было недолгим: человека буквально сложили пополам, словно сломанную ветку, и аккуратно уложили на пол, в то самое место, где теперь лежало мертвое тело. Пришло время рыжеволосой. Чужаку достаточно было взмахнуть рукой, которая на конце приобрела форму клешни, и указать на стену. Там, над иконой, в тяжелом золотом окладе, имелся уродливый цементный след.
Странное видение, словно элементы пазла, сложилось в единую картинку.
Рыжеволосая внезапно схватилась за шею и, встав на цыпочки, взмыла над землей. Неведомая сила отшвырнула ее к стене. Беззвучно появилась извилистая трещина. Вика вздрогнула. Разлом зиял призрачной пустотой. Безликий указал на портал, заставив мавку в очередной раз вздрогнуть. Легкий сквозняк закружил по залу, задувая свечи. И девушку стало затягивать в разлом.
Исчезнув, призраки оставили после себя больше вопросов, чем ответов. Вика застыла, как изваяние, не в силах пошевелиться, сделать даже шаг в направлении выхода.
Тишину нарушил телефонный звонок: протяжная мелодия одной популярной романтической песни наполнила пустое пространство. Мавка достала из рюкзака мобильник и приложила к уху:
