Мы медленно поднимались по узкой каменной лестнице, словно взбирались на неприступную гору. В руке чужака горел кривой огарок свечи. Раньше он казался мне грозным колдуном, способным по щелчку пальцев превратить меня в кого угодно, но сейчас все изменилось. Из пугающего призрака он превратился в обычного человека. Сгорбленная спина, морщины на лице, уставший взгляд – если бы я не знал, то никогда не подумал бы, что передо мной нежить.
Деревянная, с щелями, дверь вывела нас на смотровую площадку. Пронизывающий северный ветер ударил в лицо, заставив меня накинуть капюшон, который тут же слетел обратно. Ужасный холод пробрал до костей, казалось, что даже от черного гранита исходил жуткий мороз.
Чужак встал в центре площадки и, расставив руки, с жадность вдохнул ледяной морской воздух.
Я подошел к Янке и обнял ее. Стало немного теплее, и на ее лице возникла благодарная улыбка, которая удивительным образом скрыла кривые нити многочисленных шрамов.
– Говори, – попросил Карл, поправив концы своего старого свитера.
Блаженный вид чужака тут же исчез, сменившись некой озабоченностью.
– Верьте мне.
И больше ничего. Короткая фраза и никаких пояснений. Мы с Янкой переглянулись. Карл снял очки, протер их платком и водрузил обратно на нос. И обратился с той же самой просьбой:
– Говори.
– Я Морок, – представился Чужак. – И у меня есть цель. Но одному мне не справиться. Ты, – нежить указала на меня пальцем, и татуированные глаза обратились в мою сторону, – укажешь мне его! Древний должен уйти в вечность.
Странные слова были доходчивы и весьма понятны. И, казалось бы, на данную просьбу нельзя ответить «нет». Но я все-таки решился. Потому что устал бояться. И потому что хуже, чем мое проклятие и его последствия, быть уже не могло. Как же я ошибался.
– Я не стану помогать!
– Это не просьба, – пояснил Морок. – Ты исполнишь, что положено, и я забуду про тебя.
Янка сильнее сжала мою руку – в голове раздался ее голос.
«Не соглашайся».
– Это не сделка, – опять внес пояснение Морок. – Запомни то, что я говорю. И не смей мне перечить!
– А что потом? – поинтересовался я.
– Моя струна больше не будет связана с вашим миром.
– А наша? – раздался надрывный голос Карла.
Он стоял у самого края и его каменной границы, и ботинок слегка заступал за край, нависая над пустотой. Волны хлестко ударили о гранитные выступы форта. И мне почудилось, будто грозная постройка покачнулась.
– Судьбы бренных мне не интересны, – недовольно рявкнул Морок.
– Тогда струна… зачем? Непонятно, зачем струна. У нас она теперь одна на всех? – продолжил допытываться Карл. Внезапно его рубленные, порой бессвязные фразы пропали, сменившись правильной речью. – Зачем нас свели вместе?
Морок нахмурился, татуированные глаза сжались, словно погрузились в безмятежный сон. Он приблизился к долговязому и внимательно посмотрел на его отрешенное выражение лица.
– Кто ты?
– Человек.
– И зачем ты здесь, человек?
– Пришел на твой зов.
– Что?
– Ты сам позвал меня.
Морок сощурился, покачал головой:
– Нет, не звал. Асурово племя! Ты знатный лжец. Я кликал только… – и тут он осекся, отошел в сторону, задумчиво помял подбородок, совсем как человек. – Как, говоришь, тебя зовут?
– Карл.
Я смотрел на долговязого, поражаясь его невероятной выдержке. Он, словно подготовленный ученик, держал ответ перед строгим учителем, не давая тому возможности усомниться в его знаниях.
– Карл у Клары украл кораллы, – продекламировал Морок. – Забавная струна попалась мне на это раз. И что же ты слышал, Карл?
– Твой голос: слегка хрипатый, с нотками мерзкой безысходности и пустого трепа.
Морок напряженно вгляделся в толстые линзы долговязого и резко отпрянул назад.
– Старый шельмец! Ха-ха, а я чуть было не попался на твою уловку! Отличный ход!
Карл осклабился, хищно, словно огромный медведь, которого побеспокоил неумелый охотник. В мгновение ока он поднял руки и выставил их вперед, скрючив пальцы наподобие лап.
– Р-р-р-р-р-р…
В одну секунду Морок оказался возле края и уставился на ближайший форт и надвигающуюся с южного направления бурю. Море вздыбилось, покрывшись пеной. Надвигающийся удар волны оказался такой сильный, что Чумной форт, казалось, пошатнулся.
Обернувшись, Морок прокричал:
– Пошли вон!
– Карл! – позвал я. Но долговязый меня не услышал. От прежнего чудака не осталось и следы. Теперь это было опасное существо.
Внешне напоминая медведя, он медленно двигался в направлении чужака.
Я окончательно перестал понимать, что происходит, и превратился в безмолвного наблюдателя.
Морок оказался возле меня и, схватив за руку, слегка надавил ногтем на кожу. На запястье возникла кровавая точка. Он ловко мазнул подушечкой и с жадностью облизнул палец. На лице татуированного возникла довольная ухмылка.
– Скоро свидимся! – обернувшись, он развел руки в стороны и прокричал, обращаясь уже к оборотню: – Да начнется промысел!
