Крохотная рана – небольшой порез, что оставил на мне Морок – отозвалась ноющей болью. Я попытался улыбнуться, но Янка без труда уловила мое настроение. Но даже в таком положении она попыталась меня поддержать:
– Мы справимся.
– Не справитесь, – рявкнул лодочник, сморщившись от встречного ветра. – Чумной Форт приютил эту заразу не просто так. А все, что здесь случилось, лишь начало чего-то скверного, если не сказать хуже.
– Куда уж хуже? – вздохнула Янка.
– Он сказал, если мы поможем, он уйдет.
– И ты ему поверил? – на старом испещренном морщинами лице возник злой оскал. – Мир никогда станет прежним. Коль начались забавы древних, уже ничто не поможет.
У берега я еще раз оглянулся, уставившись на утопающий в грозовых тучах горизонт. К Чумному форту спешили военные вертолеты. Ветер донес до нас раскаты пулеметной очереди, а следом в сторону каменной крепости устремились пушистые линии ракет. Но я был уверен, что вряд ли они достигнут намеченной цели.
Через секунду над фортом выросла огненная шапка.
– Они его уничтожили, – с надеждой предположила Янка.
Над каменными стенами медленно расползался черный дым. Я недоверчиво посмотрел на свою подругу и сделал неутешительный вывод:
– Смерть не властна над мертвецом.
Янка кивнула и обняла меня. Для нас двоих эта история еще не закончилась, а лишь отсчитала свое начало. И мы понимали, что у нас больше не было пути назад. Но самым неприятным был старческий скрипучий голос, раздавшийся в моей голове. И я вновь очутился на базарной площади, возле горбатой торговки с ведром крыжовника. Она смотрела на меня неприятным колючим взглядом и, ехидно подмигивая, снова и снова повторяла ужасный приговор.
– Ты чего? – испуганно спросила Янка.
Я грустно улыбнулся и тихо произнес:
– Совсем забыл о своем давнишнем проклятье.
И мы оба улыбнулись. Но на этот раз как-то спокойно, будто смирились с незавидной участью.
Глава 14. Возвращение
Яркий свет огней стрелой ворвался в серую утреннюю мглу. И в ту же секунду лесную тишину наполнил гул мощного двигателя, а на пустынной дороге возник груженый под завязку грузовик.
Водитель за рулем устало зевнул, чертыхнулся и включил пониженную передачу. В отличие от людей, колодезные не испытывали усталости, поэтому могли крутить баранку хоть всю ночь. Их даже на постах не тормозили, а какой смысл? Заприметят под стеклом разрешение граничной службы и пропустят без лишних слов. Таких водил хоть десять раз проверь, ни рассеянного внимания, ни алкоголя не выявишь. Внешне вроде усталый – все признаки на лицо: красные глаза, рассеянный взгляд, зевает, не переставая, а по факту водитель в полном порядке. А присущие человеку эмоции – лишь внешняя иллюзия. Уж больно любят колодезные людские повадки копировать. Не зря же они раньше эхом переговаривались. Спрячутся в подводном ключе и ждут, пока кто по воду придет. Человек в колодец крикнет, а ему изнутри нечисть ответит чего-то или просто передразнит. Оттуда и пошла у нечистой силы эта привычка.
Дорога была ровной и сквозь пролесок выводила на окружную. Еще полчаса, и будет съезд, а там уж до Северной столицы было рукой подать. Там уж можно расслабиться, освещение хорошее, не то что здесь – без дальнего хрен чего разглядишь!
Сощурившись, водила убрал ногу с педали газа, но на тормоз жать не стал.
Евдоким – такое имя он взял себе после пересечения Кордона – на зрение никогда не жаловался, а вот последний год прям стал слепнуть. И ведь всем известно: не страдает нечисть человеческими недугами. Откуда только взялась напасть эта окаянная? А главное, что с ней делать-то? Как лечить? К обычному врачу, знамо дело, не обратишься, пошлет куда подальше. Или, того хуже, настучит, что, мол, людей притесняешь. И депортируют к чертовой матери!
От неприятных мыслей Евдоким поморщился.
Нет, обратно ему никак нельзя. Там бренных не очень-то жалуют. Да и привык он уже на земле-то. Хорошо здесь, хоть и тяжело, а все же хорошо. Материальный мир, мать его.
Грузовик неприятно кашлянул. На приборной панели подозрительно дернулась стрелка температуры.
– А вот это непорядок, – буркнул себе под нос Евдоким. И постучал пальцами по стеклу.
Стрелка перестала скакать и успокоилась.
– Ну и ладно, – улыбнулся колодезный. Перевел взгляд на дорогу и резко изменился в лице.
Нога резко ударила по тормозам.
Раздался протяжный свист шин, кабина грузовика оказалась на встречке, чудом разминувшись с девушкой. Евдоким выдохнул и, опустив голову, уставился на дрожащие руки – покрасневшие пальцы мертвой хваткой держали руль.
– И откуда только взялась?! Пакость ты эдакая! – внезапно взорвался водитель.
Хлопнув дверью, он оказался на дороге. Ночная прохлада слегка остудила праведный гнев, но злость никуда не делась.
Сжав кулаки и грозно пыхтя, он оказался возле непонятно откуда взявшегося пешехода.
– Ты что, сдурела?
